Наследники предтеч 4

А через пару дней и у меня, и у мужа почти по всему телу начала расти шерсть — из чего мы сделали вывод, что всё-таки стали стерильными. Но изменение произошло очень спокойно, практически без дискомфорта, у меня даже молоко не пропало. И причина внезапной стерильности оставалась загадкой.

К вечеру того дня, когда мы убедились в смене половой фазы, со мной связалась Щука и сообщила, что она и один её знакомый облысели и теперь оволосяются по фертильному типу.

— Раз такое дело, мы немедленно уйдем, чтобы не началось противостояние, — добавила она.

— Поздно. Мы с Марком уже стали стерильными. Так что угрозы нет.

— Но как?.. — удивилась собеседница.

У меня не было ответа на этот вопрос. Мы как будто просто поменялись фазами. Но почему?

— Я стерильная, — похвасталась я посвящённым. — Теперь уже никаких сомнений, — подхватив Рысь, пару раз подбросила её в воздух. — Ура!

Друзья отреагировали неожиданно и даже с подозрением.

— А чему ты, собственно, радуешься? — насторожено поинтересовался Дет.

— Как чему? Я теперь стерильная! — повторила я очевидную истину.

— Тебе самой не кажется странным твоё поведение? — обеспокоенно спросил Маркус.

— Нет, конечно, — удивилась я, но потом поняла, что встревожило посвящённых. — Не в том плане, что меня особо восторгает стерильность сама по себе, — пояснила друзьям, — но теперь мне не надо рожать, рожать и рожать при первой же возможности — только чтобы не допустить вымирания йети. Ещё, теперь нет необходимости сидеть на одном месте. Можно попутешествовать. Ведь раньше, уходя далеко от селения, я могла случайно встретить фертильную женщину и тем самым повредить своему виду. Теперь встреча никому не повредит — можно ходить не только по ближайшим окрестностям, а даже селение йети посетить. Понимаете? Раньше на мне висел груз ответственности за воспроизведение моего вида, а теперь — я свободна! Свободна, понимаете?

Ощущения действительно были именно такие. Как будто со спины свалилась тяжесть. Я закрыла глаза, вдохнула запах влажного леса и улыбнулась. Свободна. Вольна пойти к йети, к океану, исследовать лес или горы без опаски подвести остальных. Даже дети не мешают — Рысь уже вполне самостоятельна, а младшие тоже весьма активные — если что, можно посадить их на загривок и не беспокоиться.

Эйфория спала, и я грустно хмыкнула. Нет, не свободна. По крайней мере, до тех пор, пока люди находятся на грани жизни и смерти. Но всё равно границы стали шире — и это радует.

На следующий день Вадим связался со мной, Ильёй и Светой.

— У меня есть новость, которую надо обсудить. Судя по разговорам, Щука хочет присоединиться к посвящённым.

Я подобралась: уже привыкнув к своему племени, сроднившись с ним, трудно принять кого-то чужого.

— Зачем? — поинтересовался Илья.