Наследник, скрывающий свой Род

 — Ты теперь служишь мне. И думать должен в первую очередь о выполнении моей воли. Затем о сохранение своей жизни, которая принадлежит мне. И лишь после этого — о своей жене.

— Но… Ваше Высочество… — пробормотал он, явно не ожидая такой внезапно отповеди.

— Ты должен был попросить меня в первую очередь спасти тебя, — продолжил я свою воспитательную речь. — А затем уже свою жену. Раз уж решил присягнуть мне. Нахер ты мне безрукий? Да и жене твоей тоже? Думаешь, ей приятно было бы? Адекватный человек в первую очередь должен думать о себе. А потом уже о своих близких. Ты, что, в самолёте ни разу не летал? Там ведь говорят, сначала маску на себя надевай, потом уже на ребёнка. Вот и в остальном так же.

Я начал «приклеивать» его средний палец.

— Понял, Ваше Высочество, исправлюсь! — ответил мужик уже гораздо бодрее, чем раньше. Я ведь не только восстанавливал ему пальцы. Вливая в него энергию через Семейный Дар, я ещё и улучшал его общее состояние.

— Будь добр. А то как этот малец, — я кивнул на дверь. — Кинулся дубасить графа, чтобы спасти сестрёнку… А зачем? Что бы он ему сделал? А мне едва всю операцию коту под хвост не пустил.

Вспомнив тот момент, когда я атаковал Измайлова, я невольно поморщился. Я ведь не просто так сидел, растворившись в мире, и смотрел омерзительное представление. Я копил энергию в артефакте. При этом ждал, когда Измайлов ослабит контроль над покровом."

"В моём новом мире нет официальной позиции учёных о том, как эмоциональный фон влияет на контроль над энергией. Вероятно, из-за того, что «магия» появилась тут сравнительно недавно, и всё ещё изучается, однако мне точно известно, что сила энергетической защиты зависит и от эмоций человека. Когда человек увлекается, он подсознательно перестаёт поддерживать нужную плотность покрова. Я это прекрасно чувствую.

Граф Измайлов был тем ещё параноиком, так что встречал в своём кабинете детишек с активированным покровом. Но чем больше он распалялся, тем менее концентрированной становилась его защита.

Мне нужно было убить его бесшумно, чтобы разобраться в ситуации и вывести из-под удара детишек.

А Влад своим порывом мне едва всё не загубил. Эх, кинься он на графа секунд на тридцать раньше, вероятно, у меня бы не вышло в один удар пробить брюхо Измайлову.

— Всё, готово! — возвестил я, закончив лечить мужика. Сосредоточившись на процессе, я даже не заметил, как прошло минут двадцать.

— Благодарю, — он пошевелил пальцами, которые ещё недавно лежали на столе отдельно от него, а затем поднялся и поклонился в пояс. — Позвольте представиться, как подобает, Ваше Высочество. Мелкопоместный дворянин первого поколения Антон Ефремович Кузьмин. Тридцать два года. Женат единожды по большой любви.