Наследник, скрывающий свой Род

Парень яростно сверкнул глазами и процедил:

— Наши предки в гробах переворачиваются от того бесчестия, что мы творим. А вот это всё дерьмо, — резким кивком он указал на ангар. — Даёт нам право разорвать вассальный договор без урона чести.

— Бросить своего господина в трудное для него время — вот истинное бесчестие, — выдохнув облако сигаретного дыма, нарочито спокойно произнёс отец.

Однако его ладонь сжалась в побелевший кулак.

— По-твоему, отрезать пальцы чужим должникам — это и есть трудные времена? — тихо спросил парень.

— Глеб, ещё одно недоброе слово в адрес графского рода, и я изобью тебя так, что матери не узнают. Прошу тебя, сынок… не выводи меня из себя.

— Ухожу, — Глеб поднял обе руки, признавая поражение. — Буду в машине. Ждать пока наш господин… наработается!

Он громко хлопнул дверью автомобиля.

Его отец, полыхнув энергией, врезал кулаком по бетонному блоку, на котором стоял мусорный бак. От блока не осталось и следа.

Я же, переваривая всё услышанное, поспешил обратно. Пятнадцать минут почти прошло.

Брат с сестрой до сих пор мялись под дверьми. Оба были гораздо бледнее, чем я их запомнил.

Тут что-то произошло, пока я уходил?

Влад, постукивая зубами, то и дело поглядывал на часы, висевшие рядом с дверью.

— Пора, Рая, — проговорил он, взяв сестру за руку и открыв дверь.

Я шмыгнул следом за ними.

По мне тут же ударила рассеянная волна жажды крови. Если бы я не ждал какой-нибудь подобной подставы, мог и потерять контроль над своей «невидимостью».

— В-в-ваше С-с-сиятельство… — проблеяли Влад с Раисой, склонившись в поклоне под девяносто градусов.

Когда эмоции людей настолько сильные, что аж зашкаливают, они отражаются в их энергетическом поле.

Я явственно чувствовал ужас детишек.

А ещё ужас того мужика, который сидел на столе с окровавленным мешком на голове. Ему недоставало четырёх пальцев на правой руке — обрубки кровоточили.

А сами пальцы лежали на столе перед хозяином кабинета и хозяином этой базы.

Тучный мужик с лысиной и усами сейчас сидел в удобном кресле и, глядя на вновь прибывших, курил сигару.

Он хотел убивать и резать всех без разбору, точно сбежавший из аномалии монстр."

"Я же был не прочь дать волю чувствам и убить его, не сходя с места. Я сразу узнал этого человека — видел фотографии в интернете.

То был граф Измайлов — отец одного из курсантов полевого лагеря Корпуса Стражей. Того мерзавца, который был среди тех, кто «учил жизни» Змея. Дружка ныне покойных майора Апраскина и княжича Щербатова.

Измайловы тоже входят во фракцию моего младшего братца — девятого царевича Дмитрия. Являются видными представителями фракции в Новосибирске.