Жена Эмиля. Наследник для Зверя (СИ)

Пульс бился в ушах и я только его слышала – звук собственного сердца, и от волнения почти теряла сознание.

– Маленькая моя... Девочка любимая, Дина… Как ты себя чувствуешь? – Эмиль изо всех сил держал голос ровным.

Для кого ты стараешься, я все слышу. Я читаю тебя, как открытую книгу – по голосу, в глазах – мне достаточно представить их мысленно, чтобы тебя понять. Читаю прямо в душе.

Раскаяние, усталость, боль.

Он устал, измучен долгими поисками и вспышками ярости. Слышу, что психовал, орал – голос сорван… И рвет меня на части: своим надрывом, ласковыми словами, которые идут из глубины сердца.

Мне стало все равно, реальны те фото или нет, изменял ли и в скольких постелях побывал. Это теряет значение перед лицом смерти, когда разрушается, ломается жизнь и остаются голые чувства и голая правда. Без ложной гордости, выгоды, эгоизма… Остается то, что на самом деле нас связало.

– Хорошо, – сил хватило на одно слово, но в него я постаралась вложить максимум.

Чтобы по тону понял и не волновался за меня. Не рвал себя каждую секунду, представляя, что со мной могут творить его враги, не орал, не бросался на стену. Потому что я слышу, что так и было… по дыханию и сырой, окровавленной болезненности в голосе.

– Не волнуйся… Меня не обижают… Малыш толкается.

Я старалась не реветь. Не молить, не орать в трубку, хотя было трудно сдерживаться. Забери меня отсюда… Забери, Эмиль!

– Я тебя вытащу, – твердо сказал он. – Помни, я все сделаю, скоро ты будешь дома. Со мной, с ребенком и у нас все будет хорошо…

Забавная штука. Мы оба сдерживаемся, чтобы подбодрить друг друга. Я усмехнулась сквозь слезы, пальцы дрожали, меня начало колотить и Алена села рядом, обняв за плечи. Это обо мне пекутся, меня утешают, о ней даже речи не идет… В этой среде вес женщине придает ее мужчина. Это он ее и спасение, и погибель.

У меня отобрали телефон – и к лучшему. Я уже задыхалась, а мне нельзя волноваться…

– Слышал? Твоя баба жива. Еще...

Пока они говорили с Эмилем, я уткнулась Алене в плечо. От кофты пахло ванильными духами.

– Дина, успокойся, – разволновалась она, почувствовав, как меня трясет от истерики. – Что вы наделали… Ей плохо!..

Они вышли в коридор, с Эмилем разговаривал лысый – кажется, старший здесь. Дверь захлопнулась и стало тише, Алена гладила меня по спине, а я смотрела в пустоту, прикусив губу.

Всего несколько слов. Но мы обменялись с Эмилем чувствами на уровне телепатии. Он постарается выручить меня, но… Он не всесилен. И даже если выполнит любые и все их условия, нет гарантии, что меня освободят. Моя надежда в том, что муж отыщет, где меня держат раньше, чем случится непоправимое.

Прошу тебя, Эмиль… Я в тебя верю, как и раньше.

– Ты как? – Алена взглянула мне в глаза, убирая с лица влажные и соленые от слез пряди.