Жена Эмиля. Наследник для Зверя (СИ)

Смотрите, Иван сразу же уехал с парковки, стоило им войти в клуб. Думаю, он предупредил обо всем Бестужева и свалил. Из-за этого и началась пальба…

– Госпожа Кац? – женский голос был звонким и настолько неприятным, что пронзал насквозь. – Пришли результаты ДНК-экспертизы. В какое время вы сможете подъехать?

– Скажите сейчас, – попросила я.

Женщина молчала. В ушах, как набат, стучали удары сердца. Она не имела права говорить по телефону, но я молила ответить, понимая, что не доеду, умру от разрыва сердца в пути.

Голос в трубке поменялся.

– Вы одна? – неожиданно спросила женщина.

– Это заведующая лабораторией. Госпожа Кац, к сожалению, – голос начал таять от звона в ушах. – Экспертиза подтвердила, что это отец ребенка…

Экспертиза подтвердила, что это Эмиль.

Трубка вывалилась из рук, ударилась об стол и свалилась в ковер. Женщина что-то прокричала – я ничего не слышала. Ко мне подбежал охранник, пытался привести в себя, но я на него не смотрела.

Из глаз хлынули соленые потоки, которые даже слезами не назвать.

Я закрыла лицо ладонями, раскачиваясь в кресле. Я никогда не желала ему зла. Не хотела, чтобы с ним что-то случилось. Даже когда Эмиль бил меня, вел себя, как последняя сволочь, и я не верила в общее будущее. Главным в нас оставалось то, что наши души соприкоснулись и навсегда слились друг с другом. Наши общие шрамы.

Это не та любовь, о которой мечтают и долго молят небеса.

Я такой любви никому не желаю.

Но мы стали одним целым, пока смерть не разделила нас. Когда-то я думала, что не перенесу смерти Эмиля, но все оказалось хуже. Я осталась жива. И каждая секунда превращалась в бесконечную пытку.

Если до этого я держалась – пока надежда была, то теперь мир стал бесцветным. Вокруг все жило, двигалось, что-то происходило, а я пряталась в себе и без интереса смотрела на мир.

Когда Феликс попытался поговорить со мной, я не отреагировала.

– Дина, ты слышишь? Я всё сделаю сам… Ты скажи, из чего будет памятник или тебе все равно?

Похороны. Они собираются хоронить Эмиля.

А я все еще ждала, что он войдет в дверь, чтобы утешить меня.

Накануне похорон со мной случилась безобразная истерика. Ночью я вдруг залилась слезами, начала орать и перебудила дом. Мне дали успокоительных, отвели в комнату, не понимая, что я схожу с ума, потому что внутри все рвется на части от осознания, что жду я напрасно. Он не вернется. Даже не помню, как жила эти дни, что происходило. Минуты и часы превратились в нескладную мозаику.

В день похорон шел снег с дождем – это я хорошо помню.

Я думала, буду выть и кидаться на гроб. Ждала этого, несмотря на то, что взяла ребенка попрощаться с отцом. Не верила себе.

Но чем плакать, как кричать, если сердце вырезали из груди и бросили в гроб к нему? Все, что могла, я выплакала.