Жена Эмиля. Наследник для Зверя (СИ)

В порядок одежду мужа привожу именно я, а рубашки после этих ремней как жеваные.

Я обернулась к двери, заслышав шаги в коридоре.

Дверь открылась, и Эмиль убрал руку от оружия. Он всегда такой и спит тоже плохо: в нашей постели ночуют лишь оружие и кошмары.

– Господин Кац, я проверил информацию, – сказал Антон. – Ваш брат не соврал. Сегодня хоронили Александра Бестужева.

Эмиль хмыкнул и откинулся в кресле, лицо в полутьме стало жестким.

– Еще кое-что… Отца Бестужева на похоронах не было. Зато пришел Ремисов.

– Ремисов? – Эмиль прищурился.

– Да. Держался особняком. Горсть земли на гроб бросил.

– Дина, Андрей когда-нибудь говорил про Бестужевых?

Я сказала это максимально спокойно. Каждый раз, когда звучало имя «Андрей Ремисов», я вспоминала голодные губы на своей шее. Как сидела на столе, внутренней стороной бедра ощущая голод этого человека. Киллер, изгой, враг моего мужа. Со всеми мужчинами, которым я нравилась, Эмиль расправился, он не умеет щадить, но мой несостоявшийся любовник смог избежать смерти.Я не знала, ищет ли его Эмиль. С тех пор, как он уехал, я услышала о нем впервые.Андрей Ремисов был влюблен в меня. С точки зрения моего мужа такие преступления карались смертью.

– Мои источники сообщили, старик Бестужев клялся достать виновных, – продолжил Антон, лицо стало предельно серьезным. – Господин Кац, он будет бить по уязвимым местам… по самым ценным… людям.

Он бросил взгляд на меня и Эмиль усмехнулся.

– Дина едет за границу.

Я нахмурилась, но подождала с вопросами, пока Антон нас не оставил.

– За границу? – переспросила я. – А ты?

– Я не могу все бросить, маленькая. Подыщу тебе врача, улетишь в Германию и там родишь, поняла? Мне нужно знать, что с тобой все хорошо, а там о тебе позаботятся.

Я промолчала, укоризненно глядя на него. Не хочу ни в какую Германию!

– Подойди, – Эмиль поманил к себе.

Я спрыгнула со стола, приблизилась, и устроилась у него на коленях. Повинуясь руке, положила голову на плечо. Села я справа, чтобы не мешалось оружие, обвила шею руками и привалилась всем телом. Какое-то время мы молчали, переваривая откровения, надежды, планы на будущее… Мы станем родителями. Он сказал, я его шокировала, но и сама была в шоке. Первая вспышка радости прошла, и Эмиль хмуро обдумывал будущее. С ним бесполезно спорить, хотя в Германию не хотелось до судорог. Верю, он сумеет обо мне позаботиться.

Я водила пальцем по линии нижней челюсти мужа – слишком отстраненным он выглядел. Хорошо, что принял все как есть.

– Ты будешь приезжать? – тихо спросила я.

– Буду звонить. Каждый день, – он обернулся, с близи рассматривая губы. – Не говори о ребенке никому, даже самым близким, поняла?

– И в мыслях не было. Эмиль… – вспомнила я. – Жанна Воронцова могла догадаться.