Жена Эмиля. Наследник для Зверя (СИ)

Жаль, что взаимопонимание к нам приходит лишь в такие моменты. Когда я обернулась, Эмиль смотрел в сторону. Плохой свет бросал на лицо грязные тени. Голос был монотонным, без эмоций. Обещал мне месть и теперь преподносит на блюдечке свой дар. А мы должны о сыне думать!

– Я не знаю, что делать, – я расплакалась, не выдержав напряжения. – Это тупик!

Я перестала видеть выход. По глазам мужа видела, что и он тоже. Куда ни кинь – нет этого выхода, врагов становится только больше. Как ни бейся в сетке – только сильней запутываешься.

– Иди сюда, – прошептал он, привлекая меня к груди, и уткнулся в макушку. Влажное дыхание щекотало голову, я без труда представила, как он дышит ртом, зажмурившись. – Я это заварил, я и разгребу... Не плачь, родная.

Какой ласковый шепот… Раньше, когда он называл меня родной, я всегда чувствовала себя лучше. Как будто есть семья, есть на кого положиться. Капелька облегчения. Крошечная. Необходимая. Всегда легче, когда тебя обнимут – хоть на секунду, но легче… Я высвободилась, утирая слезы, когда вернулся Андрей.

– Надо сваливать, – голос стал ниже и каким-то надломленным, может быть, боль усилилась. Рука сильно отекла, несмотря на холод. – Сашка может вернуться.

– Не надо никуда сваливать. Принеси ее телефон! – крикнул он охраннику, а когда тот принес модную трубку, набрал единственный в списке номер. – Александр? Не трогай моих людей. Ты знаешь, что отец объявил за тебя кровную месть? Я не хочу отдавать твою жену старику… Скажи, чего ты хочешь, а? Скажи… Ты должен понять… дети важнее ее, тебя… даже меня, понимаешь? Важнее всего. Мы еще можем договориться. Так чего ты хочешь, Бестужев? Я готов на твои условия, если ты пойдешь на мои.

У Эмиля был искренний, но очень уставший голос живого мертвеца. Чтобы мы слышали Бестужева, он включил громкую связь. Долгое молчание. Тот прикидывал, что от него хотят. Они не доверяли друг другу и, как опытные хищники, знали: один неверный шаг и следующая ошибка станет роковой.

– Какие условия? – наконец спросил он.

– Поможешь собрать их здесь. Своего отца и Ахмеда.

– Я хочу, чтобы мою семью оставили в покое. Сообщишь отцу, что жив. Все вместе мы сядем за стол переговоров и решим конфликт мирным путем. Разделим зону влияния, я возмещу убытки. Мне они не поверят, а тебе – да. Выступи посредником. Взамен я отпущу твою жену.

Молчание вынудило Эмиля продолжить:

– Мне терять нечего и торговаться не буду. Пристрелю ее.

От волнения я взяла Эмиля за запястье, смяв рукав. Я как будто хотела заставить его взять слова обратно. Бестужев молчал – ни угроз, ни обещаний. Только тяжелое, неприятное молчание.

– Знаю, ты не хочешь раскрываться, что жив. Зато твоя жена выживет. Все, что я прошу, поговорить с отцом и организовать сходку.

– Это время, – наконец сказал Бестужев.