Наследник (СИ)

Некоронованный император просил позаботиться о Лизаньке Воронцовой, когда та подрастет, подобрать ей хорошего мужа и обязательно, чтобы он ее любил. Просил не забрасывать скрипку и хвалил за великолепные произведения, что пусть и были украдены, но появились в этом мире раньше и уже волнуют просвещенное общество. Мы пили почему-то капучино, который я никогда не употреблял и в той жизни, кроме того, я добавлял ложку подсолнечного масла в этот напиток, а закусывали все это серым, как будто грязным, сахаром. И мне было необычайно вкусно!

- Ваше высочество! Просыпайтесь! – тормошил меня за бок Сергей Салтыков.

Я открыл глаза и смог разглядеть, что рядом со мной, кроме этого неудавшегося, все еще уповаю на то, что адюльтер не случился, любовника Екатерины, еще была чета Чоглоковых, Бернхольс и Миних. Странно, вроде бы его арестовали, так мне сказали, а он тут. Выясним.

- Зачем просыпаться, господа? Я могу быть и зол, если не высплюсь! Тем более, что я все еще прикован к кровати, – сказал я вовсе без злобы.

- Петр Федорович, Вы проспать больше пятнадцати часов и медикусы сказать, что можно Вас перевозить, - сказал голштинский камердинер.

- Бернхольс, учи спряжения русских глаголов, - вырвалось у меня. Вот не знаю, есть в этом времени вообще понятие «спряжение». Но реакции удивления на мои слова не последовало, все только и ждали, когда мое Высочество соизволит собираться.

Тетушка так расчувствовалась, что потребовала раненного племянника тащить ближе к своей юбке. Может, я и не против пообщаться с такой сердобольной родственницей – быть рядом с ней уже подняться высоко в реалиях этого общества. Однако, отменять поход на Южный Урал нельзя, там уже должны начинать действовать. Тот же Неплюев уже довел до сведения киргизов ультиматум, чтобы те отодвинули свои кочевья от Яика на Восток, даже предложил денег. Ждем ответа. И, если сорвется поход, - не то, что уважения в регионе не получим, вся политика там рухнет. Как и мой только зарабатываемый авторитет пошатнется.

Мы ехали в Петергоф, к тетушке. На удивление, ноющая боль не сильно беспокоила, ощущения значительно притупились после невероятно горькой настойки от очередного медикуса, уже с приставкой «лейб». В сон клонило, и я даже умудрился подремать в карете.

В Петергофе были готовы покои и для меня и для Екатерины, которая, впрочем, еще не приехала – лежит на кровати и молится о сохранении беременности. Врачи говорят, что опасность миновала, но обострился сколиоз ангальтцербской принцессы, что просмотрел Листок при осмотре еще тогда Софии Фредерики. Теперь же женушка не может согнуться. Есть вероятность, что те боли внизу спины были связаны со скривленным позвоночником больше, чем с беременностью.