Наследник рода Раджат – 17. Финал

Северный морской сектор открыл доступ. Не знаю, как, но я отчетливо это почувствовал, хотя внешних признаков не было.

— Куратор сектора — Мигель Диотале! — провозгласил я.

Сектор мигнул и слился со своим южным морским соседом.

— Эээ… — протянул Диотале.

— Подтверждай еще раз, — потребовал я.

— Сектор под кураторством Диотале, показать карту, встроить в общую систему с главным центром. Признаю лидером Шахара Раджат! — повторил Диотале.

Магическая карта на пару мгновений засветилась ярче и открылась вся.

Наконец-то!

— Ура!! Да быть не может! Мы это сделали! Да!! — донеслись довольные отклики со всех сторон.

— Поздравляю, коллеги! — мысленно улыбнулся я. — Мы действительно это сделали.

— Почему я? — спросил Диотале.

— Тебе и так не повезло с сектором, — объяснил я свое решение. — Продать твои объекты будет проблематично. А так хоть пограбишь побольше. Ну в смысле, выгребешь то, что сохранилось внутри объектов.

Кто-то весело фыркнул, оценив мои формулировки.

— Спасибо, Раджат-джи, — с отчетливой благодарностью отозвался Диотале. — Я не забуду.

— Не за что, — ответил я. — К сожалению, это все, что я мог для тебя сделать.

— Я понимаю, — сказал он. — За это и благодарю.

Мигелю действительно фатально не повезло, и я вообще не представляю, что он будет делать со своим сектором. Объекты-то, в идеале, надо привязать к крови, это влияет на стабильность системы.

Ладно хоть, два сектора объединились. Как минимум, ему не придется лезть на большие глубины во второй сектор для нашей общей работы. А ее нам предстоит еще немало, если я все правильно понял.

— Очень жаль, что наши предшественники не преуспели, — неожиданно произнес Чопра.

Я уже привык, что наш хранитель знаний практически не проявляет инициативы. И раз уж он заговорил сам, к нему стоит прислушаться.

— Почему? — коротко спросил я, опасаясь его спугнуть.

— Право подавляющего большинства сработало, карта открылась, — неторопливо, словно бы задумчиво, ответил Чопра. — Такие вещи, как правило, закладывают на уровне базовых принципов. А значит, право подавляющего большинства могло сработать и в других аспектах.

— Например, в восстановлении системы? — догадался я.

— Да, господин Раджат, — подтвердил Чопра. — Если бы было разрушено менее десяти процентов объектов, система могла бы восстановиться и без нас. Точнее, наше участие свелось бы к минимальному. Скорее всего, нам было бы достаточно сделать так, чтобы все целые объекты обрели хозяев.

Я бросил взгляд на карту.

Бесхозных объектов стало существенно меньше, но два северных сектора, которые принадлежали Аргусу и Лакшти, все еще пестрели пробелами. Они по-прежнему не спешили заниматься продажей объектов, похоже.

— Почему это так важно? — уточнил я.

— Привязка — вещь взаимная, — сказал Чопра.