Наследник по контракту

Карие глаза сосредоточились на моем лице, не показывая никаких эмоций. В такие моменты я боюсь Реутова больше всего, потому что реакцию его не предсказать. Он шагнул ко мне и цепко ухватился пальцами за локоть, потащив в открывшиеся двери лифта на своём этаже.

— А пойдём это обсудим, Ленусь.

Пришлось идти с ним. Чёрт, кажется этого льва я зря дёрнула за усы…

___

— Нас не беспокоить, — бросил Влад своему секретарю и протащил меня мимо него, не отпуская мой локоть.

Мы вошли в кабинет и Реутов закрыл за нами дверь. На ключ. Меня это напрягло, но я смолчала. Не будет же он меня на рабочем месте воспитывать? Или будет..?

— Сядь, — надавил он мне на плечи, и я рухнула в кресло у стола.

Сам уселся на край стола одной ногой и взял в пальцы мой подбородок, потянув на себя. Ему в кайф, что ли, именно такое мое положение, что я как его крепостная не могу отвернуться и вынуждена смотреть снизу вверх в глаза Хозяина?

— Мне кажется, ты не до конца осознаёшь свою роль, Лена, — сказал он таким вкрадчивым тоном, что захотелось тут же куда-то спрятаться, и смотрел прямо в глаза.

— И какая же у меня роль? — решила прояснить больше для себя. — Твоего инкубатора?

— Моей любовницы, — изогнул он одну бровь. — И ты сама на это согласилась.

— Я помню, — ответила я.

— Тогда какого чёрта я вижу тебя выходящей из кафе с Савельевым?

— Мы встретились случайно.

— Придумай что-нибудь поинтереснее, — сузил глаза Влад.

— Я ничего не придумываю, — нетерпеливо дёрнула я подбородком, но жёсткие пальцы не собиралась его выпускать. — Ты ревнуешь? А, Реутов?

Карие глаза тут же вспыхнули племенем. Зря я задала этот вопрос, и, похоже, все же угодила в цель.

— Ревную, — ответил он так же негромко и с нотками льда в голосе. — Потому что ты моя, Ленуся. И трахать тебя буду только я. Ты поняла меня?

Неприятно было слушать. Опять говорил со мной, будто я вещь какая-то.

— Поняла, — отозвалась я, когда пальцы сжали кожу подбородка сильнее, требуя ответа.

— Савельев будет уволен. А если я увижу ещё кого-то возле тебя — отвечать будете оба, и уже не работой.

— Зачем увольнять? Я же отказалась с ним идти.

Чувство, что кто-то лишится работы из-за тронувшегося на мне руководителя, было не самым приятным. Теперь никому со мной и заговорить нельзя, если он не женщина? Влад прямо требует, чтобы я пресекала любые попытки общения со мной лиц мужского пола, иначе и я отвечу за это. В голове всплыла картинка сцены с его водителем, когда Реутов запретил ему со мной говорить, пока везёт в особняк. Господи, он ещё и ревнивец маниакальный…

— Чтобы запомнила хорошо.

— Я и так тебя прекрасно поняла, — устало ответила я.

Как я устала быть послушной марионеткой в его руках, но мне некуда деваться.

— Уверена, что поняла? — переспросил он с ядом в голосе.

— Уверена.