Наследник пепла. Книга V

Перед трибунами стадиона расставили артефакты, создающие защитное поле, и даже поставили отдельные щиты для того, чтобы оградить зрителей от возможного случайного воздействия боевого конструкта, вылетевшего от боевых магов во время соревнований.

Трибуны уже заполнялись родственниками, знакомыми болельщиками, курсантами других факультетов, преподавателями самой академии. Что было точно хорошо, что хотя бы на время турнира обещали полностью остановить все движение через телепорт на вход и выход. Всё это было сделано для того, чтобы никоим образом не потревожить защитное поле над стадионом.

Самый первый бой прошел довольно быстро. Его проводили между вновь созданной пятеркой Морозовой, которую она по большей части в полном составе подмяла под себя после ухода Радмилы, и незнакомой нам пятеркой из другой группы. Не сказать, чтобы легко, но пятерка Морозовой все-таки выиграла этот бой, причем достаточно красиво и элегантно, хотя немного с натугой.

* * *Следующий бой был наш, и первыми соперниками у нас по жребию вышла пятерка, в которой были Радмила и Голицын. По самой своей сути эта пятерка была совершенно не сбитой в боевом плане.

Они не тренировались и не готовились к турниру. Но при этом, если взять по отдельности ту же Радмилу, и того же Николая, они были достаточно сильными магами и в конце концов могли создать для нас некоторые проблемы.

Но в данном случае всё решили внешние факторы. Из-за слухов, разошедшихся по академии, Радмила чувствовала себя в приоритетном положении. Более того, на данный момент она считала, что именно дядя Голицына, Ермолов, полностью виноват в том, что её отца так долго не выпускали из застенков Тайного сыска. А раз Александр Сергеевич оттуда до сих пор не вышел, это лишний раз говорило о его виновности. И никак не могло добавить дружелюбия столь плохо сколоченной команде. Да и моральный дух в пятерке был ни к черту.

А вот когда они уже вышли на поле, тут началось самое настоящее представление. Я ударил первым, но Голицын, излишне медленно реагируя, не успел поставить ледяной щит под мой удар. Поэтому небольшой файербол отскочил в Радмилу.

Та моментально вскипела, но ярость её была направлена не на меня, а на Голицына.

— Что ж ты, тварь, делаешь? — закричала она. — Решил по стопам своего дяди пойти, в предатели заделаться? Ты что же это, не можешь биться нормально?

От такой тирады мы даже замерли, едва не забыв всю свою стратегию. Более того, весь стадион наблюдал за происходящим. Голицын сжал зубы и промолчал. Затем бросил в нашу сторону несколько несильных конструктов. Мы заградились щитами, но практически не потратили никакой энергии.

Остальные трое, составлявшие эту пятёрку, казалось, просто стояли и следили за происходящим.

И вот тут началось самое странное.