Наследник пепла. Книга IV

Другой вопрос, кто подтолкнул Александра Сергеевича к бездне? Даже не так. Кто эту бездну разверз под его ногами?

Хотя зачем гадать? Тут всегда всё понятно — ищи того, кому это выгодно. А слухи имели свойство распространяться очень быстро. Вот и до Ермолова уже дошла информация, что никому бы то ни было, а Слободану Зоричу перепало личное распоряжение императрицы заняться организацией заповедных дендрариев и зверинцев.

Александр Сергеевич, поскольку был человеком неглупым, сразу же провёл параллель. Дело в том, что и его служба подле императрицы когда-то началась с личного поручения. А именно ему поручалось создать гарнизон с размещением полка быстрого реагирования. Вот именно того самого, в расположении которого он и предавался своим невесёлым думам.

То есть, в целом, ситуация похожая. И можно даже не гадать, кто именно подвинул его от трона. И как могла императрица соблазниться каким-то там чужеземцем, презрев своего, посконного, столько раз доказавшего свою верность?..

Но тут Ермолов оборвал сам себя. Нет, не на этом следовало делать акцент, а совсем на другом. Нужно было придумать, как уничтожить Зорича. Стереть его в порошок, наблюдая за падением этого сербского коршуна.

На этот счёт у Александра Сергеевича своё мнение имелось. Был он человеком очень наблюдательным, иначе просто не занял бы то место, которое занимал при троне."

"Императрица, как огня, боялась менталистов. Это было её идеей фикс. Вообще, если бы некоторые законы не сдерживали её, она бы вырезала их начисто. Понятно, что ноги всего этого панического страха росли из детства, когда клан Молчащих убил её отца. И тем самым подписали смертный приговор не только себе, но и другим родам.

Менталистам приходилось прятаться и скрываться. Но это не значило, что они под прикрытием не могли подобраться к трону. Значит, нужно представить каким-нибудь образом Зоричей наёмниками-менталистами. И тогда императрица сама захочет избавиться от них. Причём, это произойдёт совсем не так, как с ним. Весь их род предадут смерти и забвению.

А Ермолов в который раз докажет свою преданность короне и сможет претендовать на прощение. Вот такой простой в общем-то, но очень элегантный план. Осталось придумать, как именно его провернуть.

Александр Сергеевич тяжело вздохнул. Теперь ему придётся быть начеку, потому что Зорич мог приставить к нему соглядатаев. А уж рот и вовсе держать на замке. Вот дёрнул же его чёрт с этой изменой дёрнуться. А ведь это могла быть умышленная подстава его, как одного из влиятельнейших деятелей государства.

Его мысли прервал адъютант, постучавший в дверь.

— Да-да, — отозвался Ермолов.

— К вам прибыл племянник, — сообщил адъютант. — Николай Фёдорович Голицын.