Наследник

Наверняка не все отдал, что-нибудь да спрятано, он тот еще жучара. Да и мы не стали сильно на него наседать, хоть и прошлись по его закромам.Не сразу, но он вернется к торговле, не с теми объёмами, конечно, да и богатство его уменьшилось.

— Богато, — крикнул кто-то из бойцов, довольно потирая руки.

— Хорошо купчишку потрясли, поделом ему, — тут же вторили первому.

— Делить надобно, — тут же донеслось от еще кого-то.

— Ну-с, треть, как и говорено, отходит Андрею, — степенно произнес Нелюб.

На лицах же бойцов отразился разный спектр эмоций: кто-то был согласен, кто-то явно против, но молчал. Кого-то и вовсе жадность душила.

— Было, — тут же подхватил Микита.

— Без него бы и не вышло ничего, — крикнул Василий.

— Андрей, ежели чего, зови, мы завсегда, — со смехом проорал кто-то из толпы.

— На кой мне столько ткани-то? — задумчиво произнес Истома.

— А вот я взял бы, — с усмешкой громко заявил стоящий с ним рядом.

— У тебя семь девок, тебе, сколько ни дай, все мало будет, — отмахнулся от него Истома.

— Да и каждой платье надо да сарафан. Еще и приданого сундук собери, — сварливо заявил мужик под общий хохот.

— Может, тоже попробовать продать? — с сомнением заявил Рюма, что тоже был десятником, как и Истома.

— А кому? Это ж не кони, это в них мы понимаем да знакомства среди торговцев имеем. А тут как понять? — с сомнением произнес Василий.

— Ну, тоже верно, — почесал затылок Рюм, разглядывая ткани.

— У меня парочка купчишек есть, к которым можно обратиться, но долю свою стребуют и наверняка немалую, — громко произнес Нелюб. — Правда, один во Владимире, а другой на Москве.

— Можно к Савке Кожице, — предложил я, и все взгляды скрестились на мне. — Игошка ему тоже насолить успел, и немало. Так что рад будет о горе его, коли прознает. К тому же я с ним дела веду, и мне он должен. Не откажет в сущей безделице, да и о доле сговоримся.

— И не обманет? — с сомнением протянул кто-то.

— Пока не обманывал, да и невыгодно ему это. Так что не обманет! — уверенно произнес я.

— Можно попробовать и поговорить, — кивнул Нелюб.

— Только я мену хочу сделать. Очень уж мне вон те пистоли приглянулись. Вот за три рубля из моей доли пусть и вычтут, — назвал я предположительную сумму.

— Хм, — задумался Нелюб, а после пробежался взглядом по людям. — Все слышали, никто не против?

— Да пущай забирает игрульку эту, — махнул кто-то рукой, а после раздалось еще пару одобрительных возгласов.

После же мы разделили монеты, и мне отошла треть от полученного в размере восьмидесяти рублей, треху же пришлось отдать за пистоли.

Весьма неплохо, как по мне, вышло, и это еще не считая ткани.

С Савкой все разрешилось относительно быстро, легко сговорились о продажах, за реализацию же он взял не так уж и много, всего-то одну тридцатую.