Неожиданный наследник-3

Вместе с нами из столицы вернулся нижегородский епископ Феофан. Не знаю, для переговоров со старообрядцами или просто следить за моими действиями. Но чую, что с подобными персонами мы каши не сварим. Как только я узнал о сборе глав старообрядческих общин в Стародубе, то сразу пригласил владыку на встречу. Однако её итоги оказались неутешительными.

— Иногда мне кажется, что церковные иерархи, враги похлеще басурман, — видя недоумение де Кесада, поясняю, — Раскольники такие же русские люди, как большинство моих подданных. Но с каждым годом они отдаляются от остального общества. Вскоре пропасть достигнет таких размеров, что объединение станет невозможным. Но Феофан талдычит о каких-то неразрешимых разногласиях, непонятных для большинства простых людей. И не хочет видеть происходящего вокруг и помочь государству. Ощущение, что иерархи живут в собственном придуманном мире. Спрашивается, зачем они вообще нужны империи? Иногда меня посещают мысли, что если завтра исчезнут попы, то многие люди этого просто не заметят. А кто-то и обрадуется, ибо пропадёт нужда в посещении церкви.

— Опасные речи, Ваше Величество, — усмехнулся испанец, не отличавшийся особой религиозностью, — Вы забываете, что для многих церковников власть важнее веры. Потому они настолько несговорчивы и готовы действовать вразрез нуждам государства. Возьмите ту же Францию. Будь их кардиналы умней, то страна могла избежать десятилетий внутренних противостояний и войн. Более того, религиозные фанатики уничтожили не только сотни талантливых соотечественников и изгнали тысячи. Они лишили страну возможности стать морской державой, сопоставимой Англии. Убив одного из лучших адмиралов[1], когда-либо рождавшихся на Земле, заодно разгромив собственное каперство. Поверьте, я знаю, о чём говорю. Французам до сих пор не удаётся создать сопоставимый флот. После недавнего поражения и потерь Америки, в Париже заговорили о строительстве новых кораблей и выделении немалых сумм. Но англичане вряд ли позволят своим старым врагам создать что-то сильное. Испания тоже пострадала во многом из-за непримиримости церковников.

Я немного знаю историю Европы тех времён. И понимаю, что Алонсо прав. Религиозные противостояния сгубили немало стран. И сейчас разлад мешает России обрести внутреннее согласие. У нас и так множество трудностей, поэтому новое противостояние неприемлемо. Но оно неминуемо, если раскольники будут отдаляться всё дальше.

При этом Феофан не стал рассматривать даже возможность равноправных переговоров. По его мнению, староверы — еретики и обязаны принять все требования церкви, вернее, её иерархов. И как тут быть? При этом сами старообрядцы готовы идти на определённые уступки и не против встречи.