Неожиданный наследник-3

В общем, грызня у трона продолжается.

Но я не позволил сводить счёты, а создал комиссию во главе с генерал-прокурором Александром Голицыным. Князь сторонится придворной жизни, ни в какие альянсы не входит и сосредоточен на работе. Ещё ему более или менее доверяют все стороны, что немаловажно.

До моего отъезда следствие не закончилось, ведь всплыло немало любопытных подробностей о деятельности масонов в России. Потому я решил не торопиться и одним махом избавиться от столь вредоносного явления. Заодно присмиреют другие кружки и общества, зародившиеся под воздействием работ Вольтера с Монтескьё. Они начали плодиться ещё при Петре III, но особой угрозы не представляли. Поэтому Екатерина их не трогала.

Только я придерживаюсь иного мнения. Подобные увлечения влияют на мировоззрение образованной части общества. И человеку очень легко стать адептом, вроде как прогрессивного философского течения. Корень зла подобных увлечений кроется в разрушении восприятия привычного мира у русской знати и образованных людей. Они становятся заложниками своих постулатов, обычно теоретических и утопических. При этом сознание части общества потихоньку меняется, пока оно не становится чуждым собственной стране. Мол, Россия — варварская и отсталая, и вообще тюрьма народов, а Европа — просто светоч благородства и прогресса. То, что у нас совершенно разная история, обычаи и мировосприятие, никого не волнует. И чем дальше образованная часть публики поддаётся заблуждению, тем тяжелее её приводить в сознание. Это не я такой умный, просто мысли Майора. Наставник являлся убеждённым монархистом и сторонником империи, при этом признавал, что русская аристократия вырождается. А уже в следующем веке она станет особой кастой, не имеющей никакого отношения к обычным русским людям. При этом весомая часть знати позабудет о своём предназначении — служить империи.

Сейчас же можно остановить начавшееся разложение. Ведь наши дворяне в первую очередь русские, нежели европейцы, даже если их фамилии Гордон, Миних или Остерман. Нельзя дать заразе распространиться на умы большинства. Потому я и хожу в кафтане русского покроя, который начали носить дворяне. То же самое касается наших сказок и иной литературы, печатающейся в больших количествах. Правда, здесь помогло увлечение королевы Пруссии и выпуск книг на немецком, а далее, французском. Зато люди гордятся, что нашу литературу читают в Европе. Вроде мелочи, но они сильно влияют на умы образованной публики.

Вот и кружки мы будем менять. Я уже попросил Щербатова с соратниками придумать что-то в противовес европейскому влиянию. Ордена и тайные общества нам не нужны. Это должен быть открытый союз людей, объединённых общей идеей, как обустроить Россию.