Наследник на его условиях. Книга 2 (СИ)

Да и вообще, последние недели нельзя назвать тихими. Адаптироваться оказалось сложно, но, кажется, я уже не так остро воспринимаю реальность.

— Тогда я в душ.

Оставив Зена и Эмиля одних, скрываюсь в ванной комнате. Когда выхожу, застаю умилительную картину: Дамианис носит сына на руках и что-то тихо нашептывает ему на греческом.

— Сказку читаешь? Или поешь песенку?

Зен шикает на меня:

— Почти уснул. Сейчас в кроватку его переложу и за тебя примусь. — Последние слова он произносит по-русски.

С акцентом и ошибками, но это трогает больше, чем тысячи признаний.

— Не обольщайся. Эмиль так быстро не уснет. Я ему по полчаса что-то рассказываю, а он глазками хлопает, слушает и даже не думает спать, пока грудь или смесь не дам.

Приходится и ночью ее разводить, мое молоко стало водянистым, и Эмиль им больше не наедается. Если вдруг просыпается, то я делаю еще половину порции, и мы спим до утра.

— А у меня получилось, — улыбается Дамианис и аккуратно перекладывает Эмиля в кроватку.

Не верю своим глазам! Сын действительно спит!

— Устал малыш... Сегодня у всех был насыщенный день...

— У всех, — соглашается Зен, привлекая меня к себе.

Зарывается носом в мои волосы, а после, убрав их в сторону, голодно целует шею. И все! Я больше себе не принадлежу.

Он совершает недвусмысленное движение бедрами, четко давая понять, насколько хочет меня, затем подхватывает на руки и несет на кровать.

— Только предупреждаю, здесь не очень хорошо с шумоизоляцией. — Ведет ладонью вниз, прямо ко мне в трусы, которые через минуту летят на пол.

Я дрожу от ласк Зена, что-то бессвязно бормочу, стараясь не быть громкой, но разве с ним это возможно?

Он переворачивает меня на живот. Утыкаюсь лицом в подушку и взрываюсь от эмоций, когда чувствую нетерпеливый мощный толчок. Мы опять не предохраняемся, и надо бы не по спа ходить и расслабляться, а бежать к гинекологу, но потом. Все потом. Сейчас хочется сполна насладиться нашей близостью!

Зен ритмично двигается во мне, что-то шепчет на ухо, чем доводит до помутнения рассудка. Внизу живота быстро тяжелеет. Так всегда происходит, и привыкнуть к этому невозможно. Как и к оргазмам, которые каждый раз словно уничтожают дотла.

Дамианис кончает, обрушив на меня вес своего тела, дышит шумно и глубоко. Думаю, что после этого мы сейчас точно уснем. Но не тут-то было! Все продолжается, только в новой позе. Усадив на свои бедра, Зен смотрит на меня порочным, диким взглядом, опускает глаза на грудь и вновь начинает ласкать.

Кажется, Ванессе можно давать на завтра отбой. Да и планы Дамианисов тоже ясны. По крайней мере, одного из них. Зен решил довести меня до истощения. И себя заодно. Так мы гарантированно преждевременно сойдем с дистанции оба.