Наследник для Заура

Мужчина, не раздумывая, ведет меня в сторону парадного входа, а мне вдруг кажется, перед ним распахивается дверь, и кто-то наподобие метрдотеля в шелковом халате с восточным орнаментом почти кланяется Исаеву:

– Добрый день, Заур Фаруджевич…

Странные обычаи, и ресторан, в котором мы оказываемся, носит восточные полутона и краски…

Заур кивает на приветствие и ведет меня внутрь, а у меня на мгновение от увиденного рот открывается, подвисаю и смотрю вокруг.

Все с лоском, много золота, много красных оттенков, на стенах какие-то картины с письменами. К нам подходит девушка.

– Заур Фаруджевич, – улыбается и смотрит на Исаева практически влюбленными глазами, в то время как на меня бросает острый взгляд.

А я вспоминаю, как я выгляжу. Как жертва автокатастрофы, оказавшаяся почти под шинами автомобиля…"

"Сразу же становится неуютно. Я особо нигде не бываю. Ну, максимум, забегаем с ребятами в кафешку после учебы, а тут прямо вот такое вот заведение.

– Вам ваш обычный столик? – спрашивает, опять улыбнувшись.

А я по сторонам смотрю, изучаю. Несмотря на довольно тяжелый дизайн, это место не лишено лоска и шарма, присутствует восточный колорит в каждой детали.

– Да. Как обычно, – отвечает Заур и девушка разворачивается на сто восемьдесят градусов и идет вглубь, Исаев следует за ней и держит меня уверенно. Не сбежать.

Мы проходим в уютный уголок, здесь стеклянные двери и, когда заходим внутрь, я понимаю, что с этого места все видно как на ладони, в то время как тот, кто сидит здесь, скрыт от посторонних глаз.

Заур придерживает для меня стул.

Приглашает сесть, что я и делаю.

– Что ты будешь?

Девушка стоит и держит в руках меню. Заур его не попросил, а она мне его не выдает.

Да я бы и не взяла. Не стала бы листать при Исаеве, рыская, что бы такого заказать. У меня сейчас и кусок в горло не полезет, мягко говоря.

Пожимаю плечами, Заур же выжидает.

– Я не голодна, – отвечаю мягко, хотя с утра у меня во рту не было и крошки, но вот сейчас я точно не испытываю голода.

– Ладно. Нам чай с бергамотом и шафраном. Тарелку сладостей. Мабруме и суар для девушки.

Официантка кивает. Она не отводит восторженных глаз от Заура. В то время как на меня смотрит с явным недовольством.

Или же… ревностью?

Шокировано как-то и я списываю это на свой внешний вид. Хотя в больнице я все же провела определенное время в уборной, умываясь и приводя себя в какое-то подобие порядка. Даже немного потерла одежду и вроде бы пятна не столь видны…

Казались не столь видными…

Но, разумеется, моя одежда не подходит этому месту, не подходит Исаеву.

На мои слова Исаев ничего не отвечает. А девушка-официантка возвращается и ставит перед нами две тарелки, на которых свернуты две салфетки.