Наследник для врага

Возвращаешься в бизнес полностью или только за местью?

— Это имеет значение?

— От этого зависит моя поддержка. Послушай, мне абсолютно наплевать на ваши терки. Тронь кто моих родных — получил бы пулю в голову. Сразу, моментом. Тут я тебя понимаю. Но бизнес есть бизнес, меня не касаются личные моменты.

— И?"

"— И мне нужно знать, что мой бизнес продолжить работать. Мне нужна фирма, которая будет этим заниматься. Ты? Без проблем, я готов работать с тобой, раньше это получалось неплохо. Но если ты постараешься убрать Авдеева, а после свалить, киданув эту нишу — я поддержу Влада.

— Он убил мою семью! Жену и ребенка, Давид.

— И железных доказательств у тебя нет. Пока это только разговоры. Поэтому подумай над моими словами. Сейчас я выдерживаю нейтралитет, решаю. Дальше зависит от тебя. И девчонку лучше не трогай, если отплатить той же монетой Авдееву — многие перейдут к нему.

— Я знаю. Соня под моей защитой, никто её убивать не будет.

— Отлично. Думаю, мы друг друга поняли, — Давид кивает, поднимаясь с кресла. — На твоем месте, я бы нашел доказательства или свидетелей. Прижми Авдеева фактами. Как минимум, подкупи его девок.

Знаю.

Только свою новую пассию Влад держит под защитой сильнее, чем собственную дочь. Не пробраться, не узнать даже имени или внешность. Сплошная гранитная стена, которую нужно пробить.

Возвращаюсь домой в убитом состоянии. Ненавижу встречи и разговоры, предпочитаю сразу действовать. Но здесь нельзя просто так уступать и сдаваться. Иногда кулаками всё не решить.

Хотя костяшки чешутся, когда я замечаю золотко в компании Сани. Сидят непозволительно близко, их бедра соприкасаются. Так ещё и склонились над телефоном, едва лбами не бьются.

— Какого черта здесь происходит?

— Ян, мы это…

Саня тут же подрывается, принимая стоку «смирно». Соня же взмахивает своими ресницами, приоткрывая пухлые губы. А после поспешно прячет телефон за спину.

Конспираторша, блин.

— На выход.

— Волков, послушай…

— Я предсмертные хрипы послушаю, если сейчас не уберешься.

Раздражение и усталость удивительно быстро трансформируются в злость. Она кипит в венах, несется, разрушает контроль и выдержку. Хочется догнать Саню и встряхнуть пару раз.

Какого хрена он к Соне лезет?

И чем они это занимались тут?

Настолько замотался, что не было времени проверять камеры. Знал, что с охраной она под надежной защитой. Никто не проберется. А тут, видимо, нужно было из-за самой охраны переживать.

Работники года, млять.

— Телефон, — рявкаю, протягивая ладонь.

— Ян, мы ничего такого…

— Телефон, живо. Ты сейчас в шаге от наказания, Соня. Не пытайся разозлить меня сильнее или качать права. Это ясно?

— Ясно. Что ты придурок.

Едва не швыряет в меня мобильник, поднимаясь. Хмурится и странно смотрит, словно изучает.