Наследник для магната (СИ)

Цепляюсь за пиджак Димы, стараюсь выровнять дыхание, но мне страшно.

Страшно, что со мной что-то не так. С моим ребенком что-то не так. Почему мне так плохо? Надо было сходить к врачу перед отъездом, но я все откладывала – и вот, дооткладывалась!

Дорога проходит как в тумане. Дима кого-то набирает, ругается. Владимир кого-то набирает. Я же просто молюсь, чтобы все обошлось. По спине течет липкий пот, нервы в желудке завязываются в узел. Хоть бы с ребенком было все хорошо. Больше ни о чем не прошу. Обещаю, что даже уволюсь, лишь бы мой малыш не пострадал! Мы с ним еще не знакомы по сути, но я не могу его потерять!

Дима выносит меня на руках из машины. Слышу незнакомые голоса. Чувствую, как меня кладут на каталку. Везут по больничному коридору. Сквозь веки сверкают люминесцентные лампы.

– Что случилось? – спрашивает врач.

– Потеряла сознание в ресторане.

– Что-то пила, ела?

– То же самое, что и мы.

Врач приподнимает мне веко, светит фонариком. Меня переносят на кушетку в приемной.

– Можете говорить? – врач склоняется надо мной.

– Да, могу, – слабо отзываюсь.

Голос звучит очень жалко.

Пока медсестры подсоединяют меня к аппаратуре, врач задает вопросы. Я рассказываю, что просто встала из-за стола и вдруг в глазах потемнело. Что до сих пор голова кружится, а слабость накатывает волнами вместе с холодным потом."

"Врач смотрит на показания аппарата: давление, частота сердечного ритма, что-то еще…

– Возможно, это обострение вегетососудистой дистонии, – приходит он к выводу. – Такое бывает при переутомлении. Мы вас прокапаем и отпустим. Но рекомендую сдать кровь на гемоглобин и сахар, чтобы исключить анемию и диабет. И сделать кардиограмму.

– Сколько на это понадобится времени? – рядом топчется Дима.

Вот почему он еще не вышел?!

– Вам придется остаться тут на ночь. Сдавать кровь надо на голодный желудок.

– Хорошо, найдите причину. Я все оплачу.

Меня оформляют в стационар, перевозят в палату. Дима не отходит ни на шаг, словно привязанный. Врачи пытаются его выгнать, как и я, но все безрезультатно. Наконец, Владимир выводит его, уговаривая не мешать врачам.

На пороге Дима оглядывается. Вижу в его глазах неподдельное беспокойство. Он волнуется за меня? Зачем ему это? Показалось, наверное…

Мне ставят капельницу.

– Постарайтесь уснуть, – напутствует врач. – Хороший сон – лучшее лекарство.

Легче сказать, чем сделать. Я долго лежу с закрытыми глазами, но не могу уснуть. Головокружение постепенно отступает. Где-то через час заглядывает медсестра, убирает капельницу и помогает добраться до туалета, который находится тут же, в палате.

– Вы не знаете, мужчина, который привез меня, он еще в больнице? – спрашиваю у нее.