Наследник для Деспота

Ксюша беременна, у неё наверняка скачет уровень гормонов — ведь такое случается у всех женщин в этом положении, — а разговор с сестрой вряд ли будет напоминать спокойную беседу. Можно ли, вообще, нормально общаться с предательницей? Я сам бы с удовольствием припечатал её к стене и вытряс всю дурь из её головы.

— Пожалуйста, напиши мне, когда она уедет… А лучше позвони. Договорились?

— Я позвоню… Или напишу! — ответила Ксюша и отключила телефон.

Она словно торопилась, будто бы не хотела, чтобы сестре стало известно, что она говорила со мной. Стеснялась меня? Или боялась того, что подумает о наших отношениях Лика? А были ли между нами какие-то отношения? Мы и друзьями бы вряд ли смогли стать когда-то, поскольку знакомство не удалось, как и первое впечатление… В ином случае всё могло сложиться иначе, но смысла думать об этом «ином» случае нет… Потому что я успел убедиться — время не возвращается назад.

"

"Дурное предчувствие не отпускало меня, и я решил прислушаться к нему в этот раз. Кроме того ярость вдруг всполохнулась в венах, и мне рьяно захотелось встряхнуть эту лживую дрянь и заставить её объясниться. Пусть даст чёткий ответ: почему она так поступила со мной — и ладно бы просто со мной… Почему она подставила родную сестру? Неужели у неё нет совсем ничего святого?

Порадовавшись тому, что не стал употреблять алкоголь, я схватил ключи от машины и поспешил в прихожую. Следовало поторопиться, чтобы успеть встретиться с Ликой до того, как она уедет к своему «мужчине» или посмеет навредить моей женщине. Я опешил на несколько секунд от последней мысли, но не стал думать, почему она, вообще, возникла в голове, и поспешил к парковке.

Глава 14. Ксения

Я знала, что сестра вернётся в ближайшее время, но не ждала её именно сегодня. Кажется, что не ждала вообще после того, как она поступила. У неё не просто хватило наглости вернуться домой: она смотрела на меня так, словно не ощущала вины. Лика сильно изменилась, и я понятия не имела, как реагировать на её экстравагантный образ и возвращение. Длинные волосы теперь были обрезаны до плеч и выкрашены в яркий рыжий цвет. Сестра загорела и, кажется, сделала себе татуировку на руке, но я не стала спрашивать временная она или постоянная — это её тело и только ей решать, что с ним делать. Окинув её взглядом, я молча вошла в квартиру и сняла обувь.

— Это ты с ним так хорошо погуляла? С Барышевым? — кивнула сестра на плюшевого медведя.

Я мельком взглянула на неё и втянула больше воздуха в лёгкие. Как мне вести себя теперь? Делать вид, что ничего страшного не произошло, я не могла. В отличие от Лики. Ей удалось переступить через собственные косяки и вести себя так, словно любимая сестрёнка вернулась из отпуска и её должны принять с распростёртыми объятиями.