Наследник для бандита

Мы уже собирались пойти наверх, но в дверь позвонили. Это было очень странно — ведь о гостях докладывали заранее. Олег напрягся. Арес давно заходил как к себе домой, а значит это был не он.

Звонок повторился, а когда Волков открыл дверь, я увидела Матвея. Точнее Руслана.

Он выглядел уже куда лучше. В клинике я однажды спросила про него у врача, помня, что он приехал вместе с нами. Но мне сказали, что парень ушел, едва ему зашили рану.

И вот сейчас он стоял и спокойно смотрел на нас.

— Поговорим? — спросил он, переведя взгляд на отца.

Олег поцеловал меня в лоб и шепнул, чтобы я шла наверх, а мужчины ушли в кабинет. И дверь заперли!

С того дня, как все произошло, мы с Волковым не говорили о его сыне. Лишь однажды он спросил почему я не рассказала про общение с ним. После чего мы… немного поссорились. А потом помирились. Больше я не рисковала его расспрашивать.

И сейчас там, за дверями, они возможно захотят свести счеты. А возможно договорятся.

Я не могла найти себе места и ходила туда-сюда по холлу. Наконец, дверь открылась, и вышел Руслан. Один.

Медленно, словно боясь спугнуть, он подошел ко мне.

— Здравствуй, Маша.

— Привет.

— Как ты?

— Спасибо, хорошо. Вы … поговорили?

— Это наше с ним дело, — довольно резко ответил парень. Неприятно резануло, но так было даже лучше. — Однако… Я хотел извиниться.

— За что?

— За то, что причинил тебе боль.

— Это в прошлом, — отстраненно ответила я. Сейчас я не злилась на него, отпустив прошлое, но и общаться было непросто. Понимала, что много лет его натаскивали, словно собаку, травили мыслями о том, что его родной отец отказался от него. Но все же…

— Я пришел попрощаться.

— Уезжаешь?

— Да.

— Куда?

— Вариантов много, — криво ухмыльнулся он. — Знаю, общаться со мной — последнее, что тебе хотелось. Но если вдруг когда-нибудь… Тебе понадобится помощь — мой номер телефона у тебя есть.

— Разве он настоящий? — нахмурилась я, не понимая к чему эти благородные жесты.

— Для тебя — да. Ты достойна лучшего. И если отец — твой выбор…. Будь счастлива.

Мне не нравился его покровительственный тон — словно он позволял мне это, и я не удержалась скривилась.

Заметив это, Руслан печально покачал головой.

— Я не жду твоего прощения или понимания. Но знай, что я всегда приду на помощь, если попросишь. Прощай, Маша.

— Прощай… — эхом откликнулась я.

Он развернулся и направился к выходу. Но уже у самых дверей вдруг замер и обернулся.

— Он любит тебя. Береги его."

"А затем ушел. А я так и стояла, пытаясь понять свои чувства. Я не была наивной и понимала — отец и сын не смогут забыть, как были по разные стороны, как чуть не убили друг друга, как ненавидели… Но мне не хотелось бы, чтобы Олег мучился чувством вины и дальше.

Зайдя в кабинет, увидела его стоящим у окна.