Наследник для дикаря

Скольжу руками по груди. Накрываю пальцами уже вздернувшие, затвердевшие соски.

Реально. Изо всех сил сдерживаюсь. Стараюсь быть аккуратным.

Ее соски, как и губы, и нежные складочки внизу после вчерашнего распухли. Наверняка стали слишком чувствительными. Здесь удовольствие для малышки теперь на грани боли. А боль я хочу ей причинять меньше всего. Даже по неосторожности. Главное не сорваться.

Смакую ее даже пальцами. Взахлеб.

Это охренительное чувство. Голова и правда плывет. Особенно, с каждым новым ее вздохом.

Чувствую, как она расслабляется под моими руками.

Напряжение в ней спадает и тут же появляется совсем новое. Жаркое. Возбужденное.

– Не молчи, – уже срываюсь на хрип, прикусывая ее сосок и тут же зализывая его. Ловя бедрами то, как она начинает дрожать внизу живота.

Моя. Моя девочка. Такая трепетная. Такая чувственная.

Главное сейчас эту чувственность не вспугнуть. Не сломать этот хрупкий цветок. А ведь могу.

– Говори, как тебе нравится. Или просто дай понять.

Челюсти сводит и самого прошибает потом. Никогда в жизни, никогда так сильно не хотел. До одури. До полного, на хрен, взрыва мозга. И никогда. Ни с кем. Еще так не сдерживался.

Уже рычу, не замечая, как срываюсь.

Она что-то лепечет разбухшими губами. Дергает головой из стороны в сторону.

– Тебе нравится? Так?

Впечатываюсь пальцами в покрасневшие губы. Провожу, и чувствую, как по венам начинает лететь чистый ток.

Резко распахиваю ее , все еще сжатые, бедра.

Просовываю всю ладонь, нажимая на нежные складочки.

Черт. Мокрая. Уже совсем мокрая для меня.

Прижимаю чуть крепче, чувствуя, как они пульсируют под моей рукой.

С катушек срывает окончательно, когда Алмаз резко дергается вперед. Прогибается в спине, выгибаясь всем телом.

Впивается в мои плечи ногтями.

– Марат, – еле слышно выдыхает, уже забившись в судорогах оргазма.

И я впиваюсь в эти губы. Пожираю свое имя, толкаясь языком почти до самого горла.

– Какая ты сладкая, когда кончаешь, – хриплю , пока ее тело бьется под моей рукой все в новых и новых судорогах.

Блядь. Она таки сведет меня с ума!

Подхватываю ее, еще подрагивающую, на руки.

Тело Лили совсем обмякло. Руки висят, как плети.

Как самый истинный дикарь, с шумом втягиваю ее запах. Не могу им нажраться.

И тело снова вытягивается в струну. Приходит в полную готовность.

Дергается, потянувшись к ней.

Адское желание. Запредельное. До одури.

Но я лишь сжимаю челюсти. До хруста.

Прижимаю к своей мокрой от пота груди бережно. Как самую хрупкую бесценную ношу.

Отношу в ванную. Осторожно отворачиваю кран душа. Пробую, мать вашу, воду. Чтоб не обжечь и не заморозить.

Такого за собой уж точно не припомню! Нет. В ней точно какой-то наркотик! Иначе что со мной происходит, вашу мать?

– Девочка, – хрипло бормочу, проведя ладонью по ее щеке.