Наследник Буйного (СИ)

— Обойдёмся без бункера. Но я не смогу действовать оперативно, когда ты далеко. Поэтому… Ты с малыми переедешь ко мне.

Глава 24

Я от его наглости дар речи теряю. Это ещё что за новости? Сердце в груди как сумасшедшее о рёбра ударяется.

— Нет! — Я качаю головой. Голос от нервов хрипеть начинает. — Я не собираюсь переезжать к тебе. Это бред какой-то. Нет, это… — Я хочу, чтобы мой голос уверенней звучал. Но он предательски подрагивать начинает.

Эмир как скала, которая мне совершенно не по силам."

"Я не знаю, что больше пугает. Тон, которым он это говорит? Потому что он изменился. Я слишком хорошо знаю Буйного. И этот тон. Именно от него случается моя внутрення истерика. Потому что уже ничего не изменить. Можно ногой топнуть. Закричать. Завизжать. Что я, собственно, делать и собираюсь. Но, глубоко внутри я знаю, что это ничего не изменит. А ещё… его взгляд… Этот холодный, уверенный взгляд, который под кожу пробирается. Он тоже в панику вгоняет.

— Считай, что ты уже переехала, — произносит так, что я пальцы в кулаки до хруста сжимаю. Вот так просто. Перед фактом ставит.

Я делаю шаг назад, пытаясь сохранить хоть немного дистанции. Мне нужно пространство, чтобы дышать. Его близость меня кислорода лишает. На горле что-то сжимается и давит. Это я контроль над ситуацией теряю.

— Ты не можешь просто взять и заставить меня! — Хриплю, на большее неспособна. Второй шок за этот вечер. Мои нервы просто не выдерживают.

— Ты не сечёшь до сих пор? Я хочу защитить, — его холодный взгляд до косточек замораживает. Каждое слово по слогам чеканит. А после он подходит ближе. А у меня паника. Внутри всё дрожать начинает. Нет-нет, мне нужно пространство, чтобы соображать трезво.

— Я не буду жить в клетке! — Я резко поднимаю руки, пытаясь его оттолкнуть, но он крепко хватает меня за запястья и к себе тянет. Я начинаю задыхаться. Его лицо так близко, его дыхание обжигает мою кожу, и я чувствую запах его одеколона — такой знакомый, такой…

— Это не клетка, — его голос становится тише, но от этого он кажется ещё более устрашающим. — Это защита. И ты знаешь, что так будет лучше для всех.

— Для всех? — Переспрашиваю я, из груди истерический смешок вырывается. — Или для тебя? Ты просто хочешь всё контролировать! Ты хочешь, чтобы я была под твоим постоянным надзором!

— Хочу, чтобы ты была в безопасности, — он, наконец, вбивает меня в себя, и наши лица оказываются так близко, что я вижу каждую линию его напряжённого лица. — Я не позволю, чтобы тебя снова кто-то тронул. Поняла? Ты вообще подумала о том, что бы было, если бы малая ко мне не дозвонилась?! Если бы я был не в зоне?! Если бы я не успел?!

Я прикусываю губу, глаза печь начинает от непрощенных слёз. Он прав.