Наследник Буйного (СИ)

— Развиваюсь, не стою на месте. Ну так что насчёт стейка? — Бровь вопросительно приподнимаю.

Сабуров взмах рукой делает, и к нам уже официант бежит. Кто бы сомневался.

— А ты, вижу, всё счастье в ресторанном бизнесе пытаешь? — Улыбаюсь ещё шире: как у них здесь дела обстоят с пожарной системой?

— Угроза? — Буйный тут же хмурится. Уже бы и дурак со второго раза понял, что это не его. Но Сабуров на третий круг пошёл.

— Ну что ты, кто я такая, чтобы тебе угрожать?

Эмир заказ делает, стейк для меня заказывает и просит порезать сразу. Трус!

— Вернёмся к вопросу.

— Мир тебя боится, — пожимаю плечами, — нечего было в сталкера играть и пугать ребёнка.

— Я не шучу, Зла-та, я ставлю тебя в известность. Я хочу видеться с сыном. Есть два решения этой проблемы. Мы находим компромисс. Или же я не стану спрашивать.

— Ты права не имеешь мне решения предлагать, понял?! — Сжимаю пальцы в кулаки, — ты и на пушечный выстрел не приблизишься к моему сыну без моего разрешения. Богом клянусь, Эмир, я не знаю, что с тобой сделаю. И мне самой страшно за то, на что я способна.

— На права перешла?

— Перешла! Ты четыре года себе гулял хрен знает где, мы тебе не нужны были. А тут вдруг что случилось? Вали откуда вернулся! Я психику ломать моему ребёнку не позволю!

— Ты должна была Марату про сына сказать! — Рявкает и по столу кулаками бьёт так, что я на месте подпрыгиваю от страха. Он моментально от ярости вспыхивает так, что и сам ресторан сжечь может, без моей помощи."

"— Ничего я не должна, понял?! Сказать, чтобы что?! Чтобы трястись каждую секунду? Чтобы какой-то ненормальный решил его убить, чтобы не дай Бог он стал как ты и не отобрал власть? Я сделала всё, чтобы мой ребёнок был от этого ограждён. А теперь появляешься ты и хочешь нас всех под огонь снова поставить? Кто знает, что ты жив?! Вряд ли это только для меня сюрприз! — Во мне столько злости, что сдерживаться уже не получается. Бросаю в его лицо обвинение за обвинением. А Эмир с каждым новым словом всё злее становится. Чувство самосохранения отключается. Я уже не понимаю, как давно переступила опасную грань.

Глава 10

Я крепко челюсть сжимаю. Злость… Она пульсирует во мне. Так сильно, что все мышцы сводит. Адреналин пружинит во мне. Я сама готова вскочить. Вцепиться ногтями в лицо Эмира. Как знала, на днях новый маникюр сделала. Он смеет мне что-то предъявлять. Мне! Появился из ниоткуда, перевернул всю мою жизнь. Снова! И теперь права качает.

Наши взгляды сталкиваются. От тьмы в глазах Эмира холодок бежит по спине. Он в бешенстве. Отлично. Я тоже! И Эмир не представляет, как много сил может быть у обиженной женщины и обеспокоенной матери. Я силой мысли тут взорву всё к чертям. И буду наблюдать за пожаром, с удовольствием поедая свой стейк.

— Держись подальше от моей семьи, — шиплю я.