Наследник Альфы

 — Вы это, извините, что в прошлый раз я с вами не пошел. Я ж не знал, что там. А Руслан Раисович сказал, чтоб таксистом притворялся, из образа не выходил…

Так Тимур и болтал всю дорогу.

Заречная шестнадцать оказалась старой обшарпанной пятиэтажной хрущевкой на краю города, недалеко от промзоны. Машина несколько раз подпрыгнула на разбитой нечищеной от снега дороге:

— …Прощу прощения, не заметил… Хотя правильнее сказать «на этих ямах дорог не обнаружено», — пошутил водитель. — Ну и райончик! Я думал, тут все дома уже расселили. Там заводы дальше. Одно время говорили, что по новым нормам рядом жить нельзя… Хотя вам, наверное, лучше об этом известно, раз у вас мама тут.

Мне на эту тему сказать было нечего, но район действительно производил самое удручающее впечатление. Особенно учитывая, что сейчас шла зима, особых красок не было даже в природе. Дома вокруг стояли серые, одинокие, на детских площадках грустно торчали остатки разломанных качелей, на газонах — голые ветки кустов.

— Подъезд-то какой?

— Первый, — учитывая номер квартиры, угадать было легко.

— Ну, я тут буду ждать. Если что — зовите.

Кивнув Тимуру, я вышла из машины и сразу же скрылась в подъезде. Ни замка, ни домофона. Впрочем, сейчас оно и к лучшему.

Третья квартира располагалась на первом этаже. Деревянная обшарпанная дверь без каких-либо цифр была вычислена просто методом исключения. Соседние были подписаны «1» и «2».

Я нажала на кнопку звонка. Затем еще раз. Еще. Должно быть, не работает. Начала стучаться.

Где-то через пять минут моих попыток попасть внутрь дверь открылась.

— О, Люсенька! — с порога засюсюкала женщина, открывшая мне дверь. — А я сериальчик засмотрелась в наушниках, ничего не слышу, не вижу.

Это было… странно.

Я ожидала увидеть кого-нибудь похожего на мою собственную мать, в конце концов, Люся была моей точной копией. Но увидела совершенно постороннего человека. Женщине было на вид лет сорок, наверняка Люсю она родила очень рано, но общий неухоженный вид сильно ее портил. Волосы были выкрашены в такой же отвратительный желтый блонд, как сейчас у меня самой. На ногтях — не стертые остатки красного лака. На теле — дырявый, заляпанный въевшимися пятнами халат."

"Вот в кого Люся у нас.

— Проходи, проходи. Чайку сделать? Кушать ничего нет, Ванечке последнее только что отдала. Но, может, ты чего к чаю принесла?

Про «принести к чаю» я даже не подумала, да и не собиралась я тут долго задерживаться, так что просто мотнула головой.

— Ох, Ванечка расстроится, — укоряюще покачала головой женщина. — Я ему обещала, что ты с гостинцем, как всегда, зайдешь. Эх… Ну что, чай не маленький, перебьется без конфет. Новогодние с подарка все съесть успел уже. И двух месяцев не прошло.