Наследник (СИ)

С трудом, строгими приказами не всех, но некоторых офицеров формирующегося Первого Воронежского егерского полка, пришлось урезонивать, так как те отказывались работать с Минихом, а Румянцев выбрал позицию нейтралитета. Командующий признавал Христофора Антоновича, как опытного военачальника, который даже стоял в Бахчисарае, но Петр Александрович был человеком высшего общества, а там Миних был игнорируемым.

Я видел, что опальный фельдмаршал колеблется и думает, сомневается. Миних не особо умеет скрывать свои эмоции. И тут, либо он увидит меня таким, какой я есть, без паркетных расшаркиваний, и проникнется планами, либо, если многое узнает, будет несчастный случай, и я буду горькими слезами оплакивать великого человека. Ну, а не будет осведомлен о каких тайнах – чемодан, карета, север.

Интересным было наблюдать, как у Миниха появлялся хищный оскал, когда проезжали Ярославль. Я с любопытством наблюдал за этим действом – ненависть, не проходящая с годами. Там проживал Бирон – старинный враг Миниха времен остермановских интриг. Только мне кажется, что они оба лишь неучи в искусстве интриговать – там преподавателем был – Андрей Иванович Остерман.

- Петр Федорович, можете мне сказать, почему Вы так упорно на протяжении всей совместной поездки просили и требовали у Александра Борисовича Бутурлина учитывать больше иных позиции в наследстве именно младшего сына почившего Акинфея Никитича Демидова – Никиты Акинфеевича? – задал вопрос Миних, которого я ждал с тех пор, как под Нижним Новгородом распрощались с посланником императрицы Бутурлиным.

- Я уверен, что другие сыновья Акинфея Никитича Демидова не столь рьяные в радении отцовского дела, сколь Никита Акинфеевич. Прокопий Акинфеевич повеса, который прогуляет отцовское наследие, Григорий Акинфеевич – добрый муж, но он не станет горнозаводчиком, может…- я сделал вид задумчивости – ботаником будет добрым, или еще кем. А наследие столь важного для государства дела должно быть в руках человека желающего преумножать мощь России. Глупцы! Своим спором они уже лишаться алтайских приисков серебра в пользу державы.

- А что именно Вы хотели бы от Никиты Акинфеевича? Я полагаю, оружие? – проявил сообразительность Миних.

- Да, Христофор Антонович, именно так. Прежде всего артиллерия. Я говорил уже, что считаю этот род войск самостоятельным, могущем делать на поле боя большее, чем ныне, - ответил я.

- Я читал Ваши уставы, и считаю…- начал было говорить Миних, но был мною перебит.

- Простите, Христофор Антонович, но это не уставы, это только мысли, способствующие в будущем создать передовой и действенный новый Устав воинства русского, - сказал я.

- Но, вернусь к делу применения артиллерии, - продолжил, немного поморщившись, Миних.