Наследницы

— Простите, что перебиваю, — ведущий сделал сконфуженное лицо, — но, насколько мне известно, года три или четыре назад был издан роскошный альбом с репродукциями картин Иваницкого.

Анна Федоровна кивнула.

— Совершенно верно. На первую годовщину смерти Володи… извините, Владимира Григорьевича, издательство «Музруки» выпустило альбом. Спасибо большое Георгию Китовани, его другу, издателю, который и был инициатором этого проекта. Отдельное спасибо хочу сказать художнику Николаю Гнисюку, который работал над альбомом как фотограф, а также его жене Надежде Майданской. Их помощь неоценима. Сказать, что альбом вышел большим тиражом, не могу, это дорогое издание по себестоимости. Хотя тогда нам казалось, что этого будет достаточно. И тем не менее он разошелся практически мгновенно. Сейчас в свете того, что обнаружились неизвестные до сих пор работы и их подлинность установлена экспертами, издательство работает над новой редакцией альбома, куда все они будут включены.

— Благодарю вас, Анна Федоровна. — Евграф перевел взгляд с собеседницы на камеру. — Сейчас у нас на канале реклама, после чего мы вернемся в студию, чтобы продолжить разговор. Не переключайтесь, уважаемые зрители, все еще только начинается.

Зазвучала музыка рекламного ролика."

"— Плохо, Евграф, плохо! — с воплем отчаяния подскочил к ведущему полный мужчина маленького роста. Махнув в сторону ведущего носовым платком, он вытер им вспотевшие лицо и шею. — Сплошное самолюбование! И имя тебе не Евграф, а Нарцисс. Ты пойми, — он скосил глаза на Анну Федоровну и Дарью, — ты же не с людями разговариваешь, а с человеками.

— Виктор Илларионович, — Евграф сконфузился, его щеки запылали, — я постараюсь, правда, чтобы все было…

— Гример, быстро сюда, нарисуй ему бледность на щеках!

К Евграфу подбежала юная хрупкая девушка в джинсах, художественно заляпанных разноцветной масляной краской, и энергично принялась работать кисточкой. Режиссер, насупившись, наблюдал за процессом.

— Виктор Илларионович, — не выдержав гнетущей тишины, робко вступилась за ведущего Дарья, — не ругайте его, пожалуйста, ведь человек всего второй раз в прямом эфире.

— Не исключаю, что, может быть, и в последний, если так и дальше пойдет, — как приговор произнес режиссер.

— Конечно, вам со стороны виднее, — подчеркнуто уважительно обратилась Анна Федоровна к Виктору Илларионовичу, — но лично меня ничего не смущает, и у нас с Евграфом, — она слегка сжала его руку, — по-моему, установился контакт. Ведь правда?

Евграф молча кивнул. Гримерша, закончив «грунтовать» его лицо, отошла на шаг, любуясь результатом, но, спохватившись, перевела тревожный взгляд на режиссера.