Наследницы

— Знаю, — согласилась Арина, кивнув. — Ты пришел сюда для того, чтобы украсть картину, но ты не вор.

— Я отдал бы ее в музей деда! — стал объяснять Андрей. — Ей место там, а не…

— А никакого музея-то и нет, — резонно возразила ему Арина.

— Будет! — горячо и страстно выпалил Андрей. — Я все для этого сделаю!

— Верю. — Она придвинула кресло к его стулу. Села. Взяла руки Андрея в свои. — Ты единственный из этого клана, кто по-настоящему любил вашего… — она коротко рассмеялась, — крестного отца, мир его праху.

— Неправда! — не согласился Андрей, не убирая тем не менее рук из ее ладоней. Эта женщина словно загипнотизировала его глубоким, пристальным взглядом темных, спокойных глаз. — Все его женщины любили его и любят. А я его даже не помню. Просто я обожаю… его картины. Считаю его гениальным русским художником! — И тихо добавил: — Недооцененным!

— Ты — лучший из них, — грустно заметила Арина, — лучший из Иваницких! Поэтому я и расскажу тебе все. Только тебе.

Она встала и, закурив сигарету, снова принялась ходить по комнате. Андрей по-прежнему сидел на стуле, жадно и напряженно слушая ее рассказ.

— Во-первых, я должна извиниться перед тобой и Галиной Васильевной за свою выходку, — начала Арина. — Оправдание у меня только одно: я позвонила вам в тяжелую для себя минуту. Ушел из жизни самый дорогой, самый любимый мой человек.

Андрей перевел взгляд с Арины на зеркала, еще завешенные черным.

— Известно ли тебе, что пока не прошло сорок дней, — поймав его взгляд, пояснила она, — зеркала должны быть закрыты?

Андрей кивнул.

— Моего мужа звали Павлом… Он покончил с собой…

— О господи! — вырвалось у Андрея.

— Паша был моим гражданским мужем. Меня с ним познакомил несколько лет назад Женя, мой официальный муж, ты видел его в прошлый раз. Они друзья с детства. От Жени я ушла к Павлу. Но они по-прежнему продолжали дружить… — Арина задумалась. — Собственно, я о другом. В тот вечер, когда вы приехали с бабушкой, я была неадекватна — меня напичкали транквилизаторами. Меня распирало выместить на ней свою боль, свое отчаяние.

— При чем здесь она?! — дрожа от нервного возбуждения, выкрикнул Андрей."

"— Спокойно, молодой человек, объясняю. — Арина нервно раздавила окурок в пепельнице и тотчас снова закурила. — У Иваницкого было три любимых ученика. Пашка был самым талантливым. Подавал большие надежды… Твой дед был уже не молод, но на пике славы. Масса заказов. Он брался за все. Ему нужны были деньги.

— Насколько я знаю, дед никогда не был стяжателем! — резко возразил Андрей.

— Не был, — легко согласилась Арина, — но у него была куча ртов. Он всех вас содержал, кого — открыто, кого — тайно. В этом смысле он был настоящим мужиком. Часто повторял: «Скольких нарожал — стольких прокормлю!».