Твоя наследница

— Едем на стадион? — интересуется Надюшка, прихватывая до кучи скакалки. — Или на пляж?

— На стадион, — отвечаю, не раздумывая, — там вчера новые тренажеры устанавливали. Видела, когда заезжала в салон.

— О, круто! Испробуем, — с энтузиазмом потирает ладошки единственный в женском царстве мужчина.

И оказывается прав.

Выходит у нас круто.

То, что на спортивной площадке оказываемся рано, дает нам отличное преимущество — народ еще не подтянулся. И мы всей четверкой дружно, со смехом и подначками опробуем каждый снаряд, не дожидаясь очереди.

— А теперь своди ноги, своди! — командует Богдан, когда планки, на которые опирается ступнями Амина, разъезжаются в стороны.

— Не могу, — пыхтит дочь, но не сдается и не спрыгивает со сложной конструкции, которая ей явно велика.

— Руками помогай, — подключается Надюшка, обойдя подругу кругом, — жми эти ручки к центру. Ага, так. Верно. А давай я?

— Не, сама, — вертит отрицательно головой Амина.

— Молодец, я в тебя верю, — подбадриваю юную чемпионку и неторопливо шагаю на степпере.

Всё-таки классное место мы нашли. Тренажеры отличные, новые, разноплановые. Погодка супер. Солнце еще только начинает припекать, а ветерок славно обдувает. Ни шума толпы, ни гомона. Даже мои пострелы так увлеклись, что и про мяч, и про остальное снаряжение забыли. В глазах лишь блеск азарта и желание испробовать каждый снаряд и собственные силы.

— О смотрите, а это дядя Давид, — указывает пальчиком в сторону ворот Надя.

Опускаю бутылку воды, к которой только что прикладывалась, чтобы утолить жажду, и поворачиваюсь вместе со всеми.

— Ага, он, — и так отличное настроение моей крохи подпрыгивает до небес. — Я его встречу, — выпаливает она и сразу срывается с места.

— И я, — несется следом Богдан.

— Меня подождите, — ворчит мелкая Гроссо, пытаясь натянуть на ногу свалившийся кросс. — Ну как всегда, ускакали.

Тихонько посмеиваюсь на Надюшку и остаюсь на месте.

Цикалу только еще бегущей меня не хватает.

А что? Незабываемое впечатление на мужика точно бы произвела. Особенно, если бы, как Амина, к нему на руки залезла. Думаю, не уронил бы.

Хихикает моя внутренняя язва.

Я же лишь головой качаю, наблюдая за своей шустрой дочерью: обвила ручонками крепкую шею отца и что-то ему во всю эмоционально рассказывает, показывая в мою сторону.

Да, не стоит затягивать с признанием, делаю вывод.

Вижу же, что они тянутся друг к другу, как магнитики, и для Давида это не сиюминутный каприз, он действительно интересуется своим ребенком и заботится, как умеет, но почему-то последний шаг всё откладываю.

Так! Решено, вот вернутся Соня и Алекс с отдыха, переедем мы с Аминой домой — и сразу скажу ей правду.

Проговариваю установку мысленно и киваю, давая самой себе обещание.