Наследница долины Туманов

Такой красавец. глаз не отвести. У нас, конечно, тоже раньше водились лошади: и

пегие, и чёрные, и гнедые, но соловый был редкостью.

Выехав за пределы замка, мы неспешно прогуливались верхом по широкой дороге

вдоль леса. Сверху нависали тяжёлые кроны, отовсюду доносились трели птиц и

шелест листьев. Вроде и ничего необычного, но я крутила голову в разные стороны,

пытаясь ничего не пропустить. А ещё вспоминала, какой эта дорога была раньше во

времена моего детства. Но ничего определённого в сознании не воскресало.

- Тебе нравится, Амэлла? - склонившись, шепнул свой вопрос Каил. Его губы

легонько коснулись кончика моего уха.

- Я в восторге, - тихо призналась я. - правда, немного страшно. Непривычная

высота.

В ответ Каил сильнее притиснул меня к своему телу.

- Не волнуйся, мой конь весьма покладист, и будет вести себя смирно, - заверил

меня он. - Если тебе придутся по вкусу конные прогулки, то мы будем выезжать"

"часто. Главное, выяснить, где тут места интересные. Ты не помнишь?

Я лишь покачала головой. Ничего в памяти не осталось.

- Ну, ничего, найдём, - неугомонные губы мужчины прошлись по моему виску.

- Ты постоянно целуешь, - смущённо пролепетала я, - это не совсем прилично.

мужчины не проявляют свои чувства при посторонних.

- Мой Льямо не посторонний, - хохотнул Каил, - он, вообще, свой в доску конь. И,

Амэлла, привыкай. Я буду тискать тебя каждый раз, как ты окажешься от меня на

расстоянии хотя бы вытянутой руки.

- Но приличия...- попыталась возразить я.

- Я бы сказал, что с этими приличиями делать. Но ты у меня всё же малышка

приличная, так что я смолчу, - хмыкнул он. - На севере, Амэлла, неприлично жену

взаперти держать, неприлично её морально ломать и физически терзать. А

поцеловать любимую половинку своей души очень даже прилично.

Поджав губы, я не знала, что ответить. Он был совсем не таким, каким я привыкла

видеть мужчину. Его слова и поступки ставили меня в тупик. Я не понимала, как

себя вести, как реагировать на такие откровения.

Над нами в вышине раскидистой кроны лиственного дерева зазвенела птичья

трель. Вскинув голову, я пыталась рассмотреть птаху, но солнце ослепляло. Каил

мягко остановил Льямо, и позволил мне насладиться мелодией леса.

Прикрыв глаза, упивалась секундами счастья. Мне было так хорошо и легко, даже

боль в ране отступила и. казалось, утихла. Лёгкий ветерок коснулся моего лица и

отвёл в сторону тонкие прядки волос, ниспадающие на глаза.

- Ты безумно красива Амэлла, - странно хриплым голосом прошептал Каил, -

совершенство. Я даже не знаю, что такого хорошего в жизни совершил, что боги

подарили мне тебя.

Смутившись, я опустила голову и залилась краской.

- Моя девочка, - его рука скользнула по моей спине вверх и сжала затылок, -

посмотри на меня, Амэлла.

Жутко смущаясь, покачала головой.