Наследница долины Туманов

Прошло ещё немного времени, и я услышала, как рядом кто-то встал. Хотя я

прекрасно осознала, кто это.

Тихий скрип, и моё кресло с грохотом встало на колёса. Мне мгновенно стало легче

дышать, но боль всё равно была настолько сильна, что поясница буквально горела

огнём.

- Гордость, - тихо проворчал северянин. - Ты, княжна, не в том положении, чтобы

дерзить мне. Запомни на будущее - вардам и герам не грубят. Учись почтению и

будь сдержанней. И доживёшь до глубокой старости. А сейчас просто признай меня

своим, пусть будет, князем и попроси о помощи.

- Не дождёшься, - прошипела я, чувствуя, как глаза застилают слёзы.

- Я через тьму, что окутывает тебя, даже чувств твоих не слышу. Ты хоть осознаешь,

насколько опасно её так отпускать.

- Я прекрасно понимаю, что делаю, - мой голос дрогнул от непролитых слёз.

- Гордость, - повторил он, - откуда только в тебе её столько? Всего-то нужно

сказать: ""Помогите, гер"", но ведь не скажешь, да?

- Нет, - одними губами ответила я.

- Ну и дурная, лежи раз нравиться. Больно тебе, пожалуй?

- Оставьте меня, - на выдохе шепнула я.

- Глупая женщина - это беда, глупая гордая женщина - это уже бедствие.

Я слышала, что он говорит, но испытывая такую муку, не улавливала суть его слов,

отгоняя их от себя. Стараясь не шевелиться, лишь пропускала воздух в лёгкие и до

боли прикусывала губу, чтобы не застонать в голос.

Минуты тянулись бесконечно долго.

В комнату вошёл кто-то из мужчин. Они обсуждали состояние казарм, конюшен,

ещё чего-то, совсем не обращая внимания на меня. Я же слышала их речь с ярким

акцентом: они словно намерено тянули гласные.

Снова глухой звук шагов и стук подноса о столешницу. Звон фарфоровых тарелок.

- Быстро, надеюсь, ядом не посыпано, - хмыкнул гер, обращаясь к кому-то. Я же

уловила запах жареного мяса. - Иди на кухню. Если мне понравится твоя стряпня -

останешься при своей работе, если нет - отправлю в свинарник кормить поросят.

- Княжна... - шепнула Роя.

- Я сказал, пошла вон, - рявкнул северянин.

Поднос снова тихо стукнул о деревянную поверхность стола, и кухарка вышла,

тяжело шаркая ногами. Наверное, мне стоило сейчас обрадоваться, что никого не

тронули, не изнасиловали, и не убили. Но внутри меня словно что-то сломалось.

Я чувствовала только боль и ничего более. При этом не понимала, что меня терзает

больше: душевные муки или физические. Один тиран сменился другим, и терпеть

снова днями, неделями, годами будет только унижение, стыд, страх.

Я оказалась к этому не готова.

Лучше бы вздёрнул и всё.

- Ты там долго будешь изображать умирающую, княжна? У меня уже терпение на

исходе. Я видел, как ты падала: там у тебя максимум ушиб от подлокотника твоего

кресла и не более. Так что отомри, загони свою тьму и поднимайся уже.

Я не шевельнулась, хотя прекрасно расслышала его слова.