Наследница старой башни

Она все верить не хотела:

-- Как же так, светлая госпожа?! Не положено вам этакое-то носить.

-- Тилька, в городе меня никто не знает. Горожанки как носят?

-- Горожанки, вестимо, спереди шнуруют. Это только для благородных, у кого горничная есть, назади делают. Но ведь вы-то целая баронесса!

-- Еще раз говорю, никто в Энкерте знать не знает, что я баронесса. Будут думать, что я горожанка или селянка богатая. Так что не спорь, а делай, что велят.

Лесту разрывали противоречия. С одной стороны, ей сильно не нравилась моя идея, с другой – возмущало, что швея осмеливается со мной спорить. В качестве уступки ее ворчанию купила простенький кружевной воротничок, освежить платье.

Везти меня в город собирался сам Прон. За эти несколько дней я стала относится к нему лучше. И убедило меня в его «хорошести» даже не то, что он всегда отстаивал интересы своих селян, а то, как он с женой общался. Спокойно, по-человечески, без приказного тона. Я была у них еще пару раз и заметила очень тронувшую меня штуку: они любят друг друга. Да, вот эта маленькая добродушная худышка любит своего постаревшего и расплывшегося Прона. И еще одна деталь: тот самый наш разговор о дороге. Закончился он так:

-- Ну, можно и на телеге, раз вы, госпожа Розер, так велите. Сам вас повезу и присмотрю, чтобы худого не вышло. Только вот хоть с места меня гоните, а поедем длинной дорогой.

-- Нет, короткой! Я не буду тратить столько времени! Я же сказала: если что случится, я все потери оплачу.

-- Оплатите… это, конечно, добро. Только ведь ежли коняга ногу сломает, его прирезать придется.

-- Еще и сверху дам… В смысле – прирезать?!

-- А вот так, – он развел в стороны пухлые руки и пожал плечами. – Ежли человек ногу сломает, так оно того, лечить будут. Даже ежли хромой останется, родные не бросят. А ежли конь? То ить как его лечить? Сказывают, при герцогском-то дворе в Энгерте есть отдельный лекарь для коней. Вроде как герцог привез его издалече. Только ведь лекарь-то лошадиный к нам не поедет. Деньги ить всегда хорошо, а вот животину-то так и сгубить можно…

Он не указывал мне. Просто объяснял неразумной барыне, к чему может привести спешка. Упираться я не стала, куда уж тут. Я не вегетарианка, знаю, откуда котлеты на столе берутся. Но и губить животину от собственной дури – это уж слишком. Вздохнув и смирившись с потерей времени, я сказала:

-- Хорошо, Прон. Едем так, как ты говоришь. Может, подскажешь, что еще в дорогу нужно взять?

-- От и ладненько! От и славно! А в дорогу, госпожа баронесса, накидку теплую надобно. Еды поболее: в городе, конечно, есть что купить, но тут-то у нас подешевле всяко будет. Хлеб там можно брать, а яичек здесь сварим. Ну и спать на чем тоже надобно. Даже если там в трактире ночевать станете, то в дороге ить все одно придется или в избе, или в телеге.

-- Я поняла.