Наследница старой башни

Опять же, в городе будет гораздо больше возможностей у Элли. Здесь я смогу нанять для нее гувернантку и учителей, здесь будут другие дети из дворянских семей, с которыми она сможет играть и общаться. Социализация ребенка – это очень важно. Не зря же у нас с трех лет малышню отдают в детские сады. Там ребенок учится общаться с себе подобными, а в нашей башне у Элли нет ни одной подруги. Возможно, я бы еще какое-то время колебалась и сомневалась, но герцог позвонил в колокольчик и приказал лакею позвать сенешаля:

-- Пирс, попроси господина Роше захватить с собой ту папку, о которой мы говорили.

Сенешаль, похоже, ждал этого вызова, потому что вошел в кабинет буквально через пару минут."

"-- Госпожа Розер, последние полгода я был занят тем, что пересматривал некоторые источники дохода герцогства. Не все из них были достаточно хороши, и я принял решение продать часть городских домов. До сих пор они сдавались в аренду, но люди всегда лучше чувствуют себя если живут в собственном доме. Вот здесь… – герцог кивнул на огромную папку, которую разворачивал сейчас сенешаль на небольшом приставном столике. – Здесь двадцать шесть домов, которые я собираюсь выставить на аукцион. Пусть дальше о них заботятся их новые хозяева. Но вы можете выбрать первой, и я обещаю, что не позволю Седрику, – он с улыбкой кивнул нахмуренному сенешалю, – слишком сильно ломить цену.

Я даже не могу сказать, почему не потребовала для себя время на раздумье, почему не захотела взвесить все «за» и «против», отложив окончательное решение. Уже через несколько мгновений я стояла у этого столика, рассматривая листы.

Помимо общей карты города, которая висела на стене и давала некоторое представление о местности, мы пользовались еще и записями с листов. К каждому описанию дома и участка прилагался достаточно подробный чертеж. Когда я брала очередной лист в руки, господин Роше показывал мне на карте, где именно расположен этот дом.

Двадцать шесть домов – это оказалось не так и много. Я сразу отсортировала те листы, где жилье находилось в центре города. У таких домов не было не то что сада, но даже места под крошечный палисадник. Я точно не была готова перебраться из своей тихой башни в такое людское скопище. Так отсеялись первые девять домов. Еще семь оказались слишком большими по размеру. Это были громоздкие двух-трехэтажные особняки, в которых на плане было видно по тридцать-сорок комнат, не считая полуподвалов. Протопить такого монстра зимой почти нереально.

Чем больше я перебирала описания, пытаясь вникнуть, что лучше выбрать – полностью каменный дом или же наполовину деревянное строение, тем больше я, совершенно незаметно для себя, увлеклась этим делом.

В конце концов, в руках осталось четыре листа.