Наследница старой башни

Максимум, на что меня хватило -- увести их подальше от детской. А дальше я сорвалась и начала орать…

На мой крик прибежала всполошенная охрана, и седоусый капитан, приехавший вместе с герцогом, чьего имени я даже не знала, весьма почтительно сказал:

-- Господь с вами, госпожа баронесса! Стоит ли так душу себе надрывать? Ежли провинились хамки, так камер пустых у вас предостаточно.

Эти слова слегка отрезвили меня, но злость не успокоили. Шипящим, как у гадюки, голосом я скомандовала:

-- В тюрьму их!

Уже вечером, когда я немного остыла от этого происшествия, выбрала и отправила в детскую самую толковую горничную, наказав во всем слушаться Нору, и даже успела спокойно поужинать с девочками, в коридорах замка я столкнулась с той самой женщиной, которую барон Казимо вызвал среди уважаемых свидетелей – со вдовствующей баронессой Хордер. Дама, кажется, обрадовалась, увидев меня:

-- Госпожа Розер! Как же удачно я вас встретила!"

"Я с удивлением посмотрела на пожилую женщину, не слишком понимая, что ей от меня нужно. Однако простая вежливость требовала остановиться и поговорить. На данный момент я была единственным человеком, который имел отношение к хозяйству замка и мог распоряжаться слугами. Даже герцог здесь был просто гостем. А я, как ни смешно это теперь прозвучит: законная вдова барона Варуша фон Розера.

-- Я тоже рада нашей встрече, баронесса Хордер. Удобно ли вас устроили в замке? Вас хорошо обслуживают?

-- Благодарю вас, – дама покачала головой и со вздохом проговорила: – Конечно, вся эта история не могла не сказаться на поведении слуг, но клянусь вам, дорогая баронесса, я буду последним человеком, кто станет жаловаться. Слишком уж невероятны все эти события, – со вздохом добавила она.

Понимая, что мы не можем разговаривать вот так вот, на ходу, я предложила вдове выпить чаю. Разговор сложился почти сразу же, потому что первым вопросом баронессы Хордер было:

-- Вы не знаете, что теперь будет с малышками?

Возможно, я несколько горячилась, когда рассказывала о поведении нянек. Но моя горячность привела только к тому, что баронесса обрадовалась:

-- Вот, вот! Без присмотра прислуга способна натворить ужасных вещей! Я же, дорогая баронесса Розер, искала вас, чтобы изложить свою просьбу.

Надо сказать, что эта маленькая речь меня удивила: какие просьбы могут быть к женщине, с которой только сегодня утром сняли обвинение в убийстве?! Однако я послушно кивнула головой, соглашаясь выслушать, и вдова продолжила:

-- Я ведь, знаете ли, не слишком богата… Муж уже десять лет, как умер. Сын женился, а жена у него… – тут она немного помолчала, вздохнула и закончила: – Жена у него хорошая, а вот невестка у меня – язва. Не ужились мы с ней, если сказать по-честному. Я через год после свадьбы из замка в свой дом переехала.