Наследница старой башни

Блондинка оказалась весьма крепким соперником: не просто наглая, хитрая и беспринципная, но еще и быстро соображающая."

"-- Ла-а-адно… -- протянула она, на мгновение замолчала, задумавшись, а потом решительно отправилась к столу и подтащила стул к кровати так, чтобы, сев, видеть мое лицо.

-- Я хочу, чтобы ты забрала с собой эту тварь, – спокойно заявила она.

Ого! Хотела бы я еще знать, кто она – эта самая тварь? О ком говорит девица? Разумеется, я никак не могла ее воспринимать как настоящую сестру, но если здесь мы родственники, может быть, она говорит о нашей матери? Или о третьей сестре? Как бы понять-то? И отвечать ведь что-то нужно, я не могу до бесконечности делать вид, что размышляю! Я сделала лицо пожестче, уж насколько смогла, и ответила вопросом:

-- Что я за это буду иметь?

-- Смотри-ка, как ты заговорила! – как бы даже восхитилась она. – Стоило мужа схоронить, как ты по-другому запела? Что ж, ладно… Ты получишь на руки ее приданое сразу и полностью, – и она испытующе уставилась на меня.

Господи, о чем, точнее, о ком речь-то идет?! Раз приданое, точно не о матери. Или все же о ней? Блондинке лет девятнадцать-двадцать, я, мне кажется, еще моложе. Значит ранние роды тут норма. Матери нашей вполне может быть лет тридцать пять-тридцать семь. Только почему она тварь? Или у этой девицы все, кто идет против – твари по определению?

-- И все? – я отвернулась к стене, показывая полную незаинтересованность и пробормотала: -- Ступай, я хочу спать. Мне лекарь покой прописал.

Возможно, она и хотела бы продолжить беседу, но тут возвратилась Леста.

-- Выйди вон! – рявкнула сестрица на служанку.

Как же она быстро злиться начинает. Это, пожалуй, даже хорошо: при нужде проще вывести из себя будет. Я подскочила на кровати и велела:

-- Леста, останься! У меня есть для тебя поручение. Подойди сюда.

Сестра вынуждена была покинуть комнату. Ей явно нужна была беседа наедине. Никаких поручений для служанки у меня не было, разумеется, но я попросила ее просто посидеть со мной.

-- Тоскливо слишком лежать целыми днями. Тут хоть с тобой поговорю – все время быстрее протечет.

-- От и ладно, я туточки вязать устроюсь.

Она действительно взяла корзинку с клубками и села на стул у кровати. Небольшая пауза сменилась вопросом:

-- Что сестрица-то от вас хотела?

Я, аккуратно подбирая слова, ответила:

-- Заявила мне: «Я хочу, чтобы ты забрала с собой эту тварь.». Так и сказала, слово в слово, – я специально говорила ровным голосом, не придавая выражению никакой эмоциональной окраски. Я понятия не имела, как прежняя владелица тела относилась к пресловутой «твари». И заодно, как бы давала Лесте право высказаться, чем она немедленно и воспользовалась:

-- Ишь ты, какая! – вспыхнула служанка.