Наследница

Ее губы кривились и задрожали, сейчас заплачет. Глаза увлажнялись, наполняясь слезами. Вот слезы покатились по щекам. Держась правой рукой за зад, левой закрыла глаза и заплакала. Плакала тихо, вздрагивая всем телом и так горько, что я не почувствовал в это мгновение удовлетворения от сделанного. Наоборот, накатило разочарование и чувство вины.

— Святослав, мне больно!

Эти слова ударили мне как раскаленным прутом по сердцу. Пусть она вредная, злая, постоянно меня унижала, но она — девчонка. И в ней все равно было хорошее. Этого никто не знал, кроме меня. Когда мы с ней вдвоем гуляем по переходам дворца, особенно в нижней его части, там, где полумрак, она всегда держится за мою руку. Видно, что боится, но идет за мной. Я тогда обязательно ее спрашиваю — страшно ей? Она отвечает, что страшно. Тогда почему ходит сюда со мной? Потому что — «Ты рядом и я не так боюсь». При этих словах я всегда чувствовал гордость, вот я такой сильный и ее защищаю.

У меня вырвалось:

— Прости Эля.

— Святослав, мне больно!

— Где?

Она показала на правую сторону своей попы.

— Эля, стой здесь, я сейчас, принесу лед. Только больше не гладь это место. Хорошо?

Не отрывая руки от глаз, кивнула."

"Я выскочил из игровой. Гвардейцы посмотрели на меня удивленно. Я мотнул головой, мол все нормально. Побежал на королевскую кухню. Там должен был быть лед. На кухне мне откололи кусок льда и завернули его в тряпочку. Я бегом вернулся назад. Эля все так же продолжала стоять и плакала. Я закрыл дверь в игровую и подпер ее стулом.

— Поднимай подол!

Она посмотрела на меня красными, заплаканными глазами.

— Поднимай. Мне твой отец разрешил видеть твои ноги. Так что все нормально. Заодно посмотрю и скажу, красивые они у тебя или нет?

Я помог ей задрать все ее многочисленные юбки. Они были легкими, словно из паутины.

— Повернись ко мне задом.

Повернулась. Когда поднимали подолы, из них выпала пчела. Она еле шевелилась. Я ее раздавил. На белом шелке панталончиков заметил жало. Вытащил его. Демоны! Как прикладывать лед? Ее панталоны станут мокрыми!

— Я сейчас сниму с тебя твои панталоны!

Она дернулась. Тихо подвывая, посмотрела на меня:

— Нельзя!

— Наплевать! Как я лед приложу? Они у тебя мокрыми станут. Скажут потом, что ты в штаны наделала. Позор!

— Девочки штаны не носят.

— Зато девочки носят панталоны. Стой спокойно!

Я стащил их с нее до колен. Правая ягодица была припухшая. Я видел на белой коже красное пятнышко. Приложил лед. Эллия дернулась отстраняясь. Левой рукой перехватил ее за низ живота, удерживая. Ее живот показался мне горячим.

— Немедленно убери руку! — Тихо прошипела она, покраснев.

— Ты отстраняешься. Вот я тебя и удерживаю.

Она замолчала. Сколько так стояли, не знаю. Лед таял. Капельки воды стекали по ее ноге. Я вытирал их тряпочкой.