Невеста-наследница

Наутро Далинг влезла на кровать Синджен. Она была уже полностью одета для катания на Фанни.

— Уже поздно, Синджен. Пойдем. Я уже одета. Синджен открыла один глаз и как в тумане увидела маленькую девочку, сидящую рядом с ней.

— Уже очень поздно, — повторила Далинг.

— Поздно? А сколько времени? — Ее голос больше походил на сиплое карканье, горло болело. Синджен заморгала, чтобы разогнать мутную пелену, мешавшую ей видеть, и глаза ее пронзила острая боль. — О-о, — простонала она и упала обратно на подушку. — О нет, Далинг, я не могу, я заболела.

Далинг наклонилась над ней и прижала свою маленькую ладошку к щеке Синджен.

— У тебя жар, Синджен, сильный жар.

Лихорадка. Еще этого ей не хватало в придачу к боли, которая раскалывала ее голову. Ей надо встать и одеться. Надо проверить, все ли в порядке с Филипом, и придумать, как покончить с Макферсоном, и еще надо…

Она попробовала встать, но у нее ничего не получилось. Она была слишком слаба. Каждая мышца, каждая косточка в ее теле ужасно болели. Встревоженная Далинг слезла с кровати.

— Я позову Далей. Она знает, что надо делать. Десять минут спустя дверь в спальню лэрда снова отворилась. Но это была не Далей, это была тетушка Арлет.

— Ну вот, наконец-то ты свалилась. Синджен с трудом разлепила веки.

— Да, похоже на то."

"— Ты не говоришь, а квакаешь, как лягушка. А Крокер и Филип вполне здоровы. Как и следовало ожидать, захворала только изнеженная английская мисс.

— Да. Дайте мне, пожалуйста, воды.

— Ты хочешь пить? Я тебе не служанка. Я пришлю к тебе Эмму.

Она вышла, не обернувшись и не сказав больше ни единого слова. Синджен ждала, что ей принесут воды, и горло у нее драло так сильно, что ей было больно дышать. В конце концов она заснула.

Когда она проснулась, у ее постели стояла Серина.

— Воды… пожалуйста.

— Конечно. — Серина повернулась и вышла. Синджен едва не расплакалась. О Господи, что же ей делать?

Но в отличие от тети Арлет Серина вернулась с графином воды и несколькими бокалами. Она наполнила один из них и поднесла его к губам Синджен.

— Пей медленно, — проворковала она. — О Боже, у тебя такой нездоровый вид. Лицо бледное, все волосы спутались. Ночная рубашка пропиталась потом. Да, нездоровый у тебя вид. Надо же, как внезапно ты заболела.

Синджен было все равно, какой у нее вид. Она пила, пила и пила. Напившись, она упала на подушку, тяжело дыша.

— Серина, я не могу встать.

— Да, я вижу, что ты очень больна.

— Поблизости есть врач?

— Да, есть, но он стар и недужен. Он посещает больных с большим разбором.

— Пошли за ним немедленно, Серина.

— Я поговорю об этом с тетей Арлет, Джоан.

И она удалилась, медленно выплыв из спальни в своем роскошном платье из темно-малинового шелка, таком длинном, что оно стлалось за ней по полу, как шлейф.