Наследница дворянского гнезда

По ее словам, Ирина вышла замуж лишь только ради квартиры и то потому, что молодожен не должен был пережить ее. Только ждать она и не собиралась.

– Ты не слушай, что болтают. Я хорошо Матвея Васильевича знала, крепкий человек, без всяких там истерик и переживаний. Он жизнью доволен был, поэтому и самоубиваться не думал. Это она, змеюка, на тот свет его отправила, поверь моему слову.

Как оказалось, в больницу Лепнин попал в результате отравления бытовым газом. Вечером Ирина уехала в командировку, а ночью сосед возвращался со смены и почувствовал в подъезде едкий запах газа. У тети Нади был запасной ключ еще с холостяцких времен Лепнина, поэтому обошлось без вызова спасателей и взламывания двери. Матвей Васильевич был без сознания, но врачи прибывшей «Скорой» быстро привели его в чувство, и спустя пару дней его состояние уже не внушало опасений.

– И чего говорят, что он сам себя убить пытался? – негодовала тетя Надя. – Я же одна из первых в квартиру вошла. Вентили на плите закрыты были, а вот шланг, судя по всему, порезан. Если человек жизни лишить себя хочет, будет он шланг резать? А? И совпало-то как все! Она – из города, он – в упокойники. Это чтобы ее не заподозрили, специально так все подстроено.

Я вынуждена была с ней согласиться. Жену пострадавшего вызвали из командировки только спустя пару дней, в суматохе о ней как-то не сразу вспомнили, к тому времени Матвея Лепнина перевели в общую палату.

– А милиция? Неужели милиция не заинтересовалась этим делом? – возмутилась я.

– Как же, заинтересуешь их. Все списали на несчастный случай, шланг, мол, лопнул. А как он лопнет? Он в металлической оплетке и новый, пару месяцев назад установленный.

– Да, непонятно, – поддержала я, – а если и правда он сам лопнул? Значит, надо на производителя и работников коммунальной службы в суд подавать. Сейчас многие суды выигрывают, еще и деньги за моральный ущерб получают."

"– Шланг ему на рынке Вовка наш покупал, он и устанавливал. Этот никогда не признается, что подхалтуривает, особенно после такого случая. Да и свидетелей нет, мне Матвей Васильевич обмолвился между делом, а в милиции ничего не сказал, Вовку пожалел. Говорит, по объявлению мастера вызывал, а объявление потерял и телефон не помнит. Вовка ведь на наших глазах рос, родители непутевые, вот и сбился парень. Матвей жалел его. А зря, я считаю. А вот Ирка приваживала. То кран у нее потечет, то полочку повесить надо, то с проводкой что случилось – на все Вовку звала.

– Так надо с этого Вовки и спрашивать, – загорелась я, – может быть, он во всем и виноват?

– Был бы виноват, газ сразу бы вытек, – не согласилась тетя Надя, – а не через два месяца. И инфаркт Матвея в больнице не просто так хватил. Это Ирка все подстроила.