Наследница Драконов

Я в сердцах едва не выкинула бутылку, остановило только то, что ресурсов у меня и так было немного, чтобы ими раскидываться.

Не знаю, как готовились к Выбору жизни древние драконицы, может быть крылья тренировали, а я бы лучше взяла с собой по-настоящему полезные вещи, например, пару ракетниц или травматических пистолетов.

Слева мелькнула табличка «Частная территория». Камера, закрепленная над ней, начала поворачиваться в мою сторону, и я тут же рефлекторно спряталась за дерево. Пришлось вытаскивать сменное белье и переодеваться, чтобы не радовать охрану за мониторами.

Оу, получается я прямо сейчас покидаю территорию поместья, а впереди — бежать еще и бежать… двадцать? тридцать? сколько-то километров до ближайшего города. И вопрос — выдержу ли я столь непривычный для меня забег. Кажется, ноги в чужих ботинках начали стесываться, этак я протяну не долго.

Надо как-то по-другому развернуть логику, не действовать слишком прямолинейно. Так-так… Некоторое время я еще бежала по направлению к городку, но потом резко остановилась.

О-о-о. Я же современная девушка, что творю? Все городки и населенные пункты соединяют дороги, и трасса из Нью-Хейвена шла примерно в этом направлении.

Пора снова менять запах. Я решительно сняла ботинки, натянула кеды и рванула… кардинально левее. Практически перпендикулярно первому пути.

Промахнуться мимо у меня не получится, даже если я начну зигзаги выписывать и в трех соснах блуждать. Все равно выскочу к дороге.

Приободрившись, уже не обращая внимания на боль в сбитых ногах, я побежала быстрее. Воздух в легких горел, перед глазами закружили серые всполохи, но я упорно неслась, не желая потерять ни минуты форы.

Вперед. Вперед.

Когда деревья внезапно расступились, остановиться сразу у меня не получилось. Взмокшая, дышащая со свистом, я вылетела прямо под колеса проезжающего автомобиля.

Глава 12. Добрая самаритянка

Говорят, что перед смертью перед глазами проносится вся жизнь. Я отлетала поломанной куклой и видела не прошлое, а почему-то будущее. Скорбные лица родителей, которые из-за меня переехали в другую страну и теперь потеряют смысл жизни. Если меня не станет. Я представила как им, уехавшим отдохнуть на лето, звонят… и застывает улыбка на лице папы, оседает в рыданиях мама. Я им так и не сказала, как сильно благодарна за все, что они для меня сделали, на что пошли ради моего эфемерного счастья. И редко, слишком редко говорила, как бесконечно их люблю."

"Следующим появилось лицо Гэбриэла Глостера, не привычно надменное, с лениво-ироничной ухмылкой, а искаженное гримасой неверия. Ради меня он решил изменить свою жизнь, рискнуть, но я, слабая и глупая, не смогла выжить в мире слишком сильных, слишком эгоистичных Старших рас. Не ровня.