Наследница Дивной усадьбы

Начала лихорадочно расстегивать пуговки на платье, намереваясь скорее сунуть ей грудь, пока крик малышки не услышал Шереметьев.

Но было уже поздно. Резко подняв голову, я увидела, как граф быстро развернул коня и поскакал обратно в мою сторону.

Аня же продолжала голосить, оглушая округу своим звонким требовательным писком. Оставив платье, я дернулась с места. Надо было немедля бежать! И я со всех ног понеслась в сторону.

Как я и предполагала, мой гадкий муженек услышал крик девочки. Под ногами я ощущала, как трясется земля от копыт его лошади, которая мощно скакала позади меня.

– А ну стой немедля! – раздался его грозный рык мне в спину.

Я чуть обернулась, отмечая, что он уже совсем близко и почти настиг меня на своем огромном черном жеребце.

Глава 12

Но я понимала, что не остановлюсь в любом случае. Я хотела жить и собиралась бороться до конца. Потому бежала сломя голову, вперед и вперед.

В следующий миг земля исчезла, а под ногами показалась пропасть. Я резко остановилась. В шаге от меня начинался глубокий овраг, а я стояла на краю откоса, поросшего травой. Высотой метра четыре или больше. Внизу виднелась пожухлая желтая трава и невысокие редкие деревья.

Видя, что муж на своем жеребце совсем рядом, я прижала к себе дочку, которая так и продолжала кричать, и бросилась с обрыва вниз, присев на ягодицы и тормозя ногами.

Мои длинные широкие юбки смягчили безумный спуск. В неистовом порыве я ощутила, что словно спускаюсь с горки, только почти вертикально. Через миг я уже стояла на земле. Выпрямившись, я прислушалась к себе и ощутила, что со мной все в порядке, я даже не ударилась.

Задрав голову, я увидела, что конь Шереметьева топчется на краю обрыва и, похоже, боится прыгать за мной.

– Идиотка! Что ты творишь?! – закричал мне в бешенстве граф, видимо, опешив от того, что я только что исполнила в яростном желании убежать.

Более не оглядываясь, я бросилась дальше. К редким деревьям, росшим впереди.

– Остановись! – гаркнул мне властно вслед муж, и я отметила, как он быстро поскакал в бок, видимо, решив спуститься в другом месте.

Но не слушала его. Он мне еще что-то кричал, но я не различала смысла его слов, а неслась все дальше в сторону редких деревьев и невысокой зеленой травы.

С разбега ворвавшись в мягкую траву, похожую на мох, я бежала, не глядя назад. Но уже через минуту мои ноги увязли в мутной жиже, которая скрывалась под травой. Мой шаг замедлился, и я с трудом передвигалась дальше, таща тяжелую намокшую юбку. Не понимала, отчего так трудно идти и почему мои ноги уже по щиколотку в воде.

– Дура! Стой! Там болото! Стой, говорю! – услышала я яростный крик Шереметьева, который на своем жеребце уже спустился с оврага и теперь снова преследовал меня.