Наследница Асторгрейна. Книга 2

А затем еще раз и еще, будто кто-то один за другим наносил ему удары в спину. Он захрипел, что-то забулькало у него внутри. Я открыла слезящиеся глаза, оттолкнула тяжелое тело, выворачиваясь из смертельных объятий, выхватила кинжал и наконец-то вонзила клинок в беззащитное горло. Над поверженным драхм стоял дух Бердена с обнаженной саблей.

И тут изо рта демона хлынула темная кровь ядовитым потоком, едва не задев меня.

""Руку!"" – закричал Берден, хватая мою ладонь и ничуть не боясь огня.

Я вскочила на ноги, стараясь, чтоб ни капли черной жидкости не попало на мою кожу или одежду.

""Он мертв?"" – пробормотала, не сводя взгляда с безжизненного тела, еще не в силах поверить, что Сиулмиран снова уничтожен. И теперь не только физически.

""Да, – Даннахан презрительно сплюнул, – теперь он отправлен туда, где ему место"".

Несколько минут мы смотрели, как тело демона рассыпается в песок и как этот песок уносит ветер, вдруг возникший над серой пустошью.

""А теперь и тебе пора, девочка. Иди, ты нужна моему сыну"".

Дух отпустил мою руку, и все вокруг начало меняться, будто я оказалась в центре карусели, которая понемногу ускоряла свой ход.

""Подождите! – крикнула я. – Я хочу знать, что с моей мамой?""

""Ты узнаешь! – раздался в ответ уносимый ветром голос, такой далекий, что я еле разобрала слова. – Все в свое время!""

А затем меня закружило и завертело, опрокинуло и понесло, засасывая в гигантский водоворот…

Глава 30

Кто-то тряс меня за плечи, бил по щекам. В лицо плеснули холодной водой, потом сунули под нос что-то омерзительно-вонючее и я не выдержала, махнула руками. Раздался испуганный Оик и дребезжание чего-то металлического на каменном полу.

Я открыла глаза. Надо мной стоял Рейхо, мрачнее тучи, и бледная, как смерть, Винара. Позади них молоденькая служанка поднимала с пола серебряный поднос.

– Что-то случилось? – прохрипела я, удивляясь: что такое с моим горлом, я будто песку наглоталась!

– Слава Двуликому! – Винара судорожно вздохнула, и я увидела, как побелели костяшки ее пальцев, сомкнувшихся на эфесе.

– Все вон, – глухо произнес Рейхо, не отрывая от меня хмурого взгляда.

Его лицо посерело, глаза запали, в них стальными звездами сияло пламя одержимости. Узкие губы даханна были плотно сомкнуты, каждое слово он цедил сквозь зубы.

Когда женщины вышли, он приблизился к кровати, на которой я продолжала лежать, и несколько секунд молча разглядывал меня. Затем медленно произнес, не отрывая пристального взгляда от моего лица:

– Ты была с ним, Виель?

– Что? – я опешила. Завозилась, пытаясь приподняться на локте.

– Я спрашиваю, – повторил он с нажимом – Ты. Была. С Ним?

– Н-нет, – я растерянно огляделась, – я, вроде, спала… А что случилось?

– Ты пролежала в беспамятстве трое суток.