Наследница Асторгрейна. Книга 1

– И кто же он? – процедил Эйден, не сводя с меня пристального взгляда. Причем, взгляд этот застрял где-то на уровне моей груди. – Уж не верный ли слуга императора Рейхо Кархадан?

– Вы имеете что-то против? – И я так вальяжно ухмыльнулась во весь рот, что сама не ожидала.

Шерран как-то странно вздрогнул, залился кумачом, согнулся пополам, зажав рот обеими руками, и вдруг мелко затрясся всем телом, издавая странные звуки, подозрительно похожие на всхлипы. Капитан же буквально позеленел. Его светлые глаза залила мгновенная тьма, верхняя губа приподнялась в оскале, открывая нечеловечески острые, почти треугольные зубы, а из горла вырвалось такое рычание, что я чуть не оконфузилась прямо здесь.

Меча глазами молнии и взревев, как дикий зверь, Эйден пнул ни в чем не повинную пушку и кометой промчался мимо меня. Спрыгнул с полуюта, игнорируя трап, и внизу, на палубе, вновь что-то загрохотало, сметенное с дороги разгневанным капитаном.

Шерран продолжал всхлипывать. Я уставилась на него во все глаза, плохо понимая, что с ним. Но вот он разогнулся и вдохнул полной грудью, разминая широкие плечи. Потом глянул на меня и сказал, посмеиваясь:

– Вот спасибо тебе, маленькая даханни, уела-таки упрямца! Давно я так не смеялся, рыбьи потроха, аж до колик.

Только теперь я разглядела смешинки в его глазах и поняла, что все это время он трясся от смеха! Каков нахал! Я им что, паяц на деревенской ярмарке?!

Топнула ногой, чувствуя, как пунцовеют от гнева щеки, и сквозь зубы прошипела:

– Разрежьте этот шроссов пояс! Или я сделаю лужу прямо здесь!

– Эх, что за молодежь пошла, – Шерран покачал головой в притворном негодовании и достал из голенища широкий кинжал. – Никакого воспитания, никакого уважения к старшим. Вот в мое время…

– Я очень воспитанная! – оборвала его, чувствуя, что еще чуть-чуть, и мне понадобится не гальюн, а тряпка. – И культурная! Но обстоятельства, знаете ли, вынуждают!

Острое лезвие, наконец-то, поддело насмерть затянувшийся узел и легко рассекло его. Я тут же, стремглав, кинулась с полуюта к спасительному ведру. По дороге снесла какого-то матроса, не успевшего убраться с моей траектории. Ах, если и был элизиум на Рее, то для меня он заключался в маленьком темном помещении и одном – единственном грязном ведре.

Теперь оставалось избавиться от продуктов жизнедеятельности. Тоже событие не из легких, если учесть, что по палубе бродит около десятка мужчин.

– Ты чего там застряла? – в хлипкую дверь постучали. Это был тот самый ниданг, что привел меня сюда. – Плохо, что ли?

– Нет, – сквозь зубы выдавила я, думая, как бы по деликатнее объяснить свою проблему. – Я уже все.

– Ну, так давай, вылезь, и ведро на корму тащи. Там выплеснешь, только смотри, корабль не обгадь, а то сама мыть будешь.