Наследница Альба

Старинная кладка подсвечивалась с помощью подвешенных софитов длинными, эффектными бликами и в другое время вызвала бы у меня эстетический восторг, но… точно не сейчас. Неподходящее время.

Мужчина остановился, секунда, и… прямо с места, он прыгнул вверх. Просто, мать его, вверх! Метров на шесть.

Зацепившись одной рукой за перекладину балконной балюстрады на третьем этаже, второй он заботливо удерживал меня за бедра.

Из моего горла вылетело шипение, а пальцы вцепились в футболку маньяка. Мамочки, он начал раскачиваться и подкидывать ногу, чтобы забраться на балкон. Все еще удерживаясь одной рукой как заправская обезьяна, прыгающая по деревьям с детенышем наперевес.

Все было намного, намного хуже, чем я думала. Я попала в лапы не просто напившемуся придурку, а спортсмену-наркоману. В голове всплыло неожиданное слово — мельдоний! Признаться, это все, что я знала о спортивных наркотиках. Они жрут мельдоний и в трансе показывают какие-то особые результаты*.

Из-за наркотиков и безумного состояния маньяка мы можем упасть и разбиться. Бедный Йожи сам не выберется из дома и пока суть да дело может погибнуть.

В эту секунду я дала себе слово, что владельцам поместья и конкретно этому человеку ничего не сойдет с рук.

* мельдоний — не дает такие эффекты, как описано в книге. Героиня не разбирается в механизме действия препарата.

- Лапочка, — промурлыкал самопровозглашенный Кинг-Конг, запрыгивая на балкон и легко удерживая одной рукой. Прядь волос с рыже-каштановым оттенком эффектно упала на его висок. — Ты так призывно пахнешь… просто волшебно. Чувствуешь, как пахну я?

Бархатный вечерний воздух приятно овевал кожу. Меня нес мощный атлет, называл ласковыми словами. Из стеклянных двустворчатых дверей лился теплый свет. Не хватало только романтической музыки.

— Собакой, — прохрипела я. — Ты пахнешь собакой.

— Это я менялся недавно, — пробурчал он, эффектно распахивая ногой дверцы и заходя в огромную, больше похожую на залу гостиную.

Я, конечно, могла спросить, чем именно он менялся со своей собакой, что так ей пропитался. Ковриком или попонкой? Но решила, что я проживу без этого тайного знания. Просто не хочу даже слышать эту, возможно, захватывающую и, несомненно, героическую историю.

Хотя разговаривать с мужчиной придется. Кричать уже не было смысла, мы в помещении, можно сказать — на внутренней территории захватчика. Психологи утверждают — если не получилось позвать на помощь, попробуйте стать для преступника не безымянной жертвой, а живой, уникальной, чувствующей персоной. Наладить контакт.

Пока я размышляла с чего начать позиционирование себя как ранимой девушки и душевного человека, меня уже пронесли мимо троицы здоровяков, играющих в карты.