Наследница Альба

— Тебе надо было приехать без друга, — выдохнула я, чуть сорвавшись в конце.

— Ох, детка. Ты решилась на близость? Умница моя. Я приеду, обязательно приеду завтра или послезавтра, приготовься. Моя невеста получит все самое лучшее в свою первую ночь. Извини за это ужасное стечение обстоятельств, просто не мог упустить редкий шанс. Ты даже не представляешь, насколько Веноза мне необходим. А мы… потерпи немного, мы свое не потеряем.

Он опустил руку, поглаживая по изгибу бедра. Не знаю насчет полетов в небо от ласк, мне еще предстоит познать разные ощущения, но и сейчас… было отлично.

— Мисс Холли! — раздалось из гостиной. — Прошу прощения, если… чему-то мешаю. Но в дверь стучат.

Фредерик недовольно забурчал, дернулся, чтобы выйти первым, пришлось спешно его обойти. Все же открывать на стук должна хозяйка. А Веноза зря делает такие многозначительные намекающие паузы. Стыдиться происходящего я не собираюсь. Если уж едешь незванным гостем к девушке своего приятеля, будь готов остаться брошенным в одиночестве. Вот так! Да, я немного зла.

Выскочив в гостиную, оглянулась и, кроме вальяжно восседавшего в кресле «недогерцога», почти сразу обнаружила Йожи. Шпиц целеустремленно катил к основной двери. Скорее всего — открывать, судя по сосредоточенной мордахе. Вот же хулиганье малолетнее! Чтобы нечаянно не споткнуться об азартно крутящегося питомца, пришлось подхватить того под пузо и идти вместе с ним.

На пороге стоял… уже знакомый темноволосый молодой человек из поместья и на этот раз не в одном шелковом халате, нет. Он же вышел на улицу днем, какие халаты? Парень честно надел спортивные мешковатые штаны, низко сидящие на бедрах. И кеды на ноги. Все.

Мой взгляд растерянно прогулялся по синей, под джинсу, обуви. Потом поднялся наверх, немного затормозив на твердом даже на вид животе с круглой впадиной пупка и тонкой дорожкой волосков, увлекательно бегущих вниз.

Осознав, что я творю, резко подняла глаза вверх и пробормотала в прищуренные от солнца глаза:

— Эм. Привет.

— Взаимно, — уголок четко вылепленной губы дернулся вверх. Двадцать три года или двадцать семь, на вид точно не определить. Лицо молодое, но двигается и ведет себя слишком уверенно для юного парня. И в уголках глаз по загорелой коже стоят еле заметные, но точно существующие белые росчерки — подписи взрослых лет. — Я знакомиться пришел, а то мы как-то не с того начали. Ну и по делу заодно.

Он протянул руку и погладил тянущегося к нему Йожи.

— Я Гэбриэл. А тебя как? Напомни.

Пару бесконечно долгих секунд я смотрела на пальцы, двигающиеся в миллиметрах от моей груди. Покраснела и отступила на шажок назад, забирая разомлевшего Йожи.

— Я — Холли.