Наследие великанов

– Не уверена, что в вопросе об истинном кардинале возможен компромисс, – очень холодно произнесла Клаудия, буравя Дэвида взглядом.

– Сантьяга убеждал нас, что компромиссы необходимы, – парировал тот, не отводя взор.

– Компромиссы бывают разными.

– И что вы можете предложить? – усмехнулся Тамим. – Носить Алое Безумие по очереди?

Малкавиан поддержал шутку громким и злым смехом. И его каркающий хохот стал предвестником накатывающего на Конклав настроения – злого настроения. Напряжение постепенно переходило в агрессию.

А переговоры – заканчивались.

– Можно обратиться к Пабло Робене, – предложила Клаудия, и шум неожиданно стих.

– Зачем? – удивлённо спросил Тамим.

Истинная кардинал бросила на хозяина Ближнего Востока высокомерный взгляд и объяснила:

– На тот случай, если вы не знаете, именно истинные кардиналы Робене отбирали Амулеты и…

– …уничтожали их, – закончил за неё Диего.

– Можно сказать и так, – кивнула Клаудия.

– Тогда зачем к нему обращаться?

– А вдруг нам повезёт узнать об Амулетах нечто новое? – неожиданно произнёс комиссар, и в зале стало совсем тихо. Кардиналы поняли, что нав собирается выложить на стол козырь. – Вдруг вы узнаете нечто такое, что изменит ваше отношение к понятию «истинный кардинал»?

– Например? – хрипло спросил Фрэнк.

Он больше не смеялся.

– Думаю, все уже догадались, что я имею в виду, – ровно ответил Сантьяга. – Вдруг выяснится, что в действительности Робене не уничтожали Амулеты, а прятали их? Вы ведь понимаете, что в этом случае многие из здесь присутствующих смогут стать истинными кардиналами?

«Многие!»

Не все, но многие."

"Не все, потому что одному клану полагался один Амулет, поэтому многочисленным Носферату и не менее многочисленным Луминарам придётся выяснять между собой, кто из них достойнее. А Малкавиан один, и в глазах Фрэнка запылал жадный огонь… Нет! Не только у него – у всех. Не у многих – у всех, потому что нет и никогда не было для масана ничего слаще, чем обрести титул истинного кардинала. Чем завладеть Амулетом Крови и стать по-настоящему сильным.

Сантьяга выложил на стол не козырь, а бомбу, способную взорвать единство непримиримых.

– Ты блефуешь, – угрюмо произнёс Дэвид.

– Проверьте, – предложил нав.

– Где Пабло? Здесь?

– Частично.

– Это как? – не понял Марко.

– Вот так.

Комиссар улыбнулся, и в его руке неожиданно появился тонкий чёрный обруч, украшенный квадратным чёрным камнем…

– Диадема Теней! – взвился Атал.

Непримиримые вскочили на ноги, за ними – члены Коалиции и хозяева Конклава, и теперь они стояли друг против друга, не зная, что предпринять.

И лишь изредка бросали взгляды на оставляющее небо Солнце.

Приближалась ночь.

– Да, это Диадема Теней, – подтвердил Сантьяга. – И я рад, что вы её узнали.