Наследие великанов

Непримиримые попытались её перебить, и женщине пришлось чуть повысить голос: – Мой отец – истинный кардинал Бруджа – создал Коалицию, идея которой заключалась в равноправии всех кланов, и я хочу продолжить его дело, потому что знаю – иначе не получится. Мы принимаем решения сообща и все вместе отвечаем за них. Мы с уважением относимся ко всем охотникам и к их мнению. Мы можем уживаться, не мешая и не враждуя друг с другом, а главное – оставаясь невидимыми для челов. Фрэнк, ты нас поддерживал…

– На что ты намекаешь? – тут же разъярился Малкавиан. – Хочешь обвинить меня в предательстве?

– Напоминаю о недавнем прошлом, – холодно улыбнулась Клаудия. – Фрэнк, ты участвовал в Коалиции и можешь подтвердить, что её принципы работали. Никто не покушался на нашу свободу…

– Только твой отец был главным, – мягко добавил Дэвид. – А потом главной стала ты.

Непримиримые заулыбались.

– Нет, – невозмутимо парировала Клаудия. – Мы собрались не для того, чтобы лгать, и я разочарована твоими словами, Дэвид: ты прекрасно знаешь, что мой отец не был главным. Он был основателем Коалиции, он обладал авторитетом, о котором ты можешь лишь мечтать, но барон Александр не был главным. И если Фрэнк найдёт в себе силу для честного ответа, он скажет, что и я, и мой отец были такими же членами Коалиции, каким был он.

Малкавиан отвёл взгляд, показав, что удар достиг цели – этикет не допускал очевидной лжи, да и смысла в ней не было: все знали, что Бруджа права.

– От Шанхая до Рима много тысяч миль, – подал голос кардинал Ли. – Клаудия при всём желании не сможет подчинить меня, да и зачем ей это? Зато мы, находясь в тысячах миль друг от друга, сумели договориться об основных правилах для всех и соблюдали их.

– Равноправие – это очень простая, а главное – работающая идея, – поддержал старого товарища Мао. – Дэвид, почему ты её отвергаешь?

– Я не отвергаю, а хочу обговорить все нюансы, чтобы исключить недопонимание, – осторожно ответил Луминар. На него произвело впечатление то, как ловко Клаудия заставила заткнуться Малкавиана, и теперь хозяин Нью-Йорка взвешивал каждое слово.

– Приятно слышать.

– Спасибо.

Захар написал на бумажке «Тянут время» и показал сидящему рядом Сантьяге. Комиссар молча кивнул.

– Если вы настаиваете, мы можем отойти от термина «Коалиция», – продолжила Клаудия. – Не будем заключать союзы, образовывать лиги или какие-либо иные объединения – чтобы вы не опасались появления в них руководства. Мы заключим Договор, в котором будут отражены интересы всех сторон, и его положения – а именно их следует обсудить с особым тщанием, – так вот, эти положения станут обязательными. – Пауза. – Для подписавших.