Наследие Скарлатти

Коротышка кивнул водителю первого автомобиля.

Водитель вышел и встал позади Кэнфилда. А потом подтолкнул его к выходу с причала.

– Послушайте, что вы делаете? Я ничего не видел!.. Чего вы от меня хотите? Пожалуйста, ради бога!..

Мэтью Кэнфилд и не ждал ответа – он знал, чего они хотят. Им нужна его маленькая, ничего не значащая жизнь.

Водитель продолжал подталкивать его в спину. Вперед, вперед, за служебное здание, к пустырю.

В нескольких ярдах впереди метнулась пара крыс. С причала доносились возбужденные голоса. Воды Гудзона мерно рокотали между сваями.

Кэнфилд остановился. Он не знал почему. Он просто не мог больше сделать ни шагу. Все внутри у него похолодело.

– Не останавливаться! – приказал человек и ткнул Кэнфилда револьвером в бок.

– Послушайте! – Кэнфилд попытался придать своему голосу жесткость. – Я сотрудник правительственного органа. Если со мной что-нибудь случится, вас обязательно найдут. И никто из ваших дружков помочь вам не сможет… Они и делать этого не станут, как только узнают, кто я.

Послышался сигнал вошедшего в Гудзон парохода. Ему вторил другой.

А затем на борту «Генуи-Стеллы» прозвучал пронзительный свисток. Это был отчаянный крик о помощи.

Этот звук отвлек внимание человека с револьвером.

Кэнфилд схватил его за руку, в которой был зажат пистолет, и принялся изо всех сил ее выкручивать. Свободной рукой тот ударил Кэнфилда кулаком по лицу и стал теснить к железной стене склада. Продолжая выкручивать водителю руку, Кэнфилд изловчился, вцепился второй рукой в лацканы его пальто и что было силы рванул на себя. В последний момент проворно отклонился в сторону, и голова водителя врезалась в стену.

Револьвер выпал из рук гангстера, и Кэнфилд ударил его коленом в низ живота.

Тот вскрикнул от невыносимой боли и рухнул на колени. Попытался было ползти назад, в сторону причала, но Кэнфилд схватил его за волосы и несколько раз сильно ударил лбом о валявшуюся рядом толстую доску. Хлынула кровь.

Палач Мэтью Кэнфилда был мертв.

Пронзительный свисток на «Генуе-Стелле» продолжал реветь, голоса на причале становились все громче и громче, пока не превратились в сплошной вопль.

Кэнфилд подумал, что, должно быть, команда корабля восстала, потребовала капитана и, когда тот не явился, поняла, что он убит или по крайней мере захвачен.

Послышались одиночные выстрелы, затем автоматная очередь – и крики, крики ужаса.

Бежать Кэнфилду было некуда: отсюда он мог вернуться только к служебному зданию. А вскоре наверняка кто-то явится и за его палачом.

Он столкнул тело злодея в воду, и оно с громким всплеском ушло на дно.

Гудок на «Генуе-Стелле» захлебнулся. Крики начали стихать – похоже, кто-то взял ситуацию под контроль. А со стороны причала показались двое.