Наследие предков

С него быстро подали деревянный трап, чтобы бойцам не нужно было входить в грязную воду Балтики. Четыре человека быстро забрались по нему на бронемашину, убрали за собой трап и исчезли в люках. БТР развернулся в воде и стал удаляться обратно, в направлении бывшего города Янтарный. В сторону своей колонии.

Все было проделано чисто, и плевать, что вся операция затребовала много времени, не говоря уже о дизтопливе. Главное, что цель достигнута. К счастью, ни людей, ни крабов-мутантов группа Колесникова во время своего рейда не встретила.

Борис закрыл люк, отрезав свой крохотный мирок боевого отделения машины от внешнего мира, стянул с головы капюшон химзащиты, снял маску и вытер вспотевшее лицо. Затем прильнул к смотровому прибору.

— Плохо, что ветра нет, — недовольно проворчал он.

— Почему? — послышался голос механика-водителя.

— Парни, уходя, наследили ножками на пляже. Не залижет. А хотя…

— Что?

— Пара крабов вылезла. Видимо, бэтэр наш их потревожил. По следам топчутся. Ну пусть топчутся. Это нам сейчас только на руку.

* * *Тигран возвращался в свое жилище уже ночью, когда основная масса населения общины спала. Он то и дело нагибался и поправлял свой рюкзак, висящий на плече, проходя очередную низкую арку. Вот и поворот налево. Там его хижина. Из коридора бил тусклый свет. Интересно, почему?

Баграмян выключил свой фонарь и повернул. В конце коридора на перевернутом ведре сидел Саня Загорский, сложивший руки на коленях и уронивший в них голову. Перед ним стояла масляная лампа с закопченным стеклом, в которое в каких-то неутомимых суицидальных попытках билась стайка мошек.

— Саня! А ты чего тут сидишь?

Загорский вздрогнул и поднял голову. Вид у него был неважный: воспаленные глаза, бледное больше обычного лицо и искусанные губы.

— Привет Тигран. Вернулся уже?

— Я-то вернулся. А ты что, заказ свой не видел? Я у тебя на шконяре оставил.

— Чего?

— Фоторамка, — брови Тиграна поднялись. — Забыл?

Загорский снова вздрогнул и поежился:

— Ах… Да, да… Конечно…

— Эй, да что с тобой? — Тигран опустил рюкзак на пол и присел на корточки, внимательно глядя на соседа. — Рамка нерабочая?

— Что ты! — Лицо Александра перекосилось в какой-то жутковатой ухмылке. — Все работает.

— А что случилось тогда?

— Да ничего. Кошмар приснился.

— Что за кошмар?

— Калининград. Улицы. Солнце. Прохожие снуют. Светофоры пищат. Музыка из гипермаркетов. Флаги над мэрией развеваются. Фонтаны на площади. Всё живо. Всё живет. И все — живут.

— И что же в этом кошмарного?

Загорский пристально взглянул на Баграмяна.

— Я проснулся.

Тигран кивнул:

— Н-да… Хуже не придумаешь ситуации, конечно… Слушай, ты ничего не знаешь о гостях из Красноторовской колонии?

— Нет, — мотнул головой Саша.

— Жаль.