Наследие

Китайская речь немного «плыла», сопровождаемая эхом криптопомех. — Я уже в курсе последних новостей. Чем могу помочь?

Ее губы тронула улыбка, было видно, что она рада слышать давнего друга. К сожалению, времени на разговор у них практически не было.

— Долгих вам дней, настоятель! — старая женщина без труда перешла на китайский язык. — Хань, переводите все наши средства из особых резервов на проект «Наследие». Время пришло.

Часть третья

Окрестности развалин Лос-Анджелеса,

3 июня 2268 года, три часа сорок минут утра

по времени Колорадского Альянса

Надрывно хрипящий человек в измазанном кровью изодранном скафандре из последних сил пытался уйти от неумолимо настигающей его погони. Человек был крайне изможден долгим преследованием и едва мог переставлять ноги, ему самому было ясно, что едва он остановит свой судорожный бег, как скудные осколки помутневшего от интоксикации сознания покинут его. Покрытый трещинами гермошлем уже не мог обеспечить герметичность кислородного цикла, и забитые прорвавшимися извне токсинами легкие пылали жуткой болью, а опухшие воспаленные глаза, давно уже выжавшие из себя последнюю слезу, стегала жестокая резь."

"Человек запнулся о заросли и вылетел из трехметровых сорняков в развалины одного из затерявшихся в буйной мутировавшей растительности домов. Он с размаху упал лицом вниз, уже не имея сил сгруппировать тело, мешковато рухнув на покрытые ядовитым мхом камни. Гермошлем гулко ударился о потемневший от многолетней эрозии обломок бетонного перекрытия, штурмовая винтовка выскочила из рук и с клацаньем упала на камни. Человек захрипел, сплевывая кровь внутрь скафандра, и перевернулся на спину, нашаривая рукой винтовку. Он попытался встать, но это ему не удалось. В глазах было темно, сердце рвало на части, конечности отказывались повиноваться. Тогда он не глядя нащупал механизм управления аварийным кислородным баллоном и выкрутил регулятор до упора на максимум. Прохладный газ заполнил гермошлем, с легким шипением стравливаясь через многочисленные трещины. В таком режиме баллона не хватит и на полчаса, но человека это уже не волновало. Он чувствовал, что если не сможет добраться до помощи за ближайшие пятнадцать минут, то ему уже не понадобятся ни кислород, ни новые фильтры, ни сама помощь. Человек сделал несколько судорожных вдохов, хватая ртом живительный газ. Резкий приток чистого кислорода сделал свое дело, в голове прояснилось, дышать стало немного легче. Человек перевернулся на живот и попытался было предпринять еще одну попытку подняться, но тут же замер, вжимаясь обратно в обломки стены.

В кустах, через которые он только что ввалился в развалины дома, улавливалось слабое движение.