Наследие Маозари 8

— Ты давай в мой карман не смотри, — нахмурился я. — А назови адекватную цену.

— Ну ладно, — хохотнул мужик и задумался: — Золотой! — с усмешкой выдал он.

— Хорошо, — кивнул я, достал из кармана золотую монету и бросил ему, при этом ясно осознавая, что он намного завысил цену.

— О, и вправду золотой! — с удивлением уставился он на монету в своих руках.

Глава 41

Клара несколько секунд с неверием переводила свой ошарашенный взгляд с монеты, в руках Жана, на меня и обратно. А потом взбудоражено протараторила:

— Господин!.. Господин!.. Здесь работает моя младшая сестра… Она тоже рабыня. Я не могу её бросить. Господин, пожалуйста, выкупите ещё и её… Она очень красивая!.. Красивее меня!.. Господин, пожалуйста!.. Умоляю вас! — упала она на колени.

— Бля-а-а-а!.. Я же вот только-только зашёл в четвёртое кольцо… Когда же я успел так вляпаться? — тревожно пробормотал я и огляделся.

Куча прохожих с нескрываемым любопытством наблюдали за этим цирком. А некоторые из них даже стали останавливаться и кучковаться, чтобы посмотреть, чем закончится сие представление.

Я вопросительно взглянул на мужика…

— Её сестра тоже стоит золотой, — с наглой ухмылкой сообщил он.

— На, спекулянт херов, — буркнул я и кинул ему ещё одну монету.

— Хех, отлично! — радостно воскликнул пухляш и спрятал монеты в карман. — Обождите маленько, господин, — уважительно произнёс он. — Сейчас я выпишу на них купчую… А ты что встала столбом⁈ — рявкнул он на ошарашенную Клару, которая продолжала стоять на коленях. — Давай иди, бегом собирай вещи, пока щедрый господин не передумал… И сестру свою отыщи… Она сейчас вроде бы под клиентом… Скажешь, чтобы ему прислали другую.

— Да-да-да… Уже бегу… Спасибо большое, господин, — резво вскочив на ноги, шокировано произнесла девушка, которая, похоже, ещё не до конца поверила в происходящее, и тут же скрылась за дверью борделя.

— Жан, — обратился я к мужику. — Только ты это… Не купчие выпиши, а вольные.

— Вольные⁈ — ошарашенно воскликнул он.

— Тс-с-с… Тише ты!.. Что ж вы все такие громкие, — прошипел я и снова огляделся."

"Некоторые группки зевак, юношей и девушек, как бы невзначай подходили к нам всё ближе и ближе… При этом вполголоса обсуждая происходящее:

— Что этот малец сделал?

— Двух проституток выкупил… Чтобы отпустить их на свободу…

— А зачем⁈

— Да хрен его знает… Странный он какой-то…

— А это, вообще, кто?

— Не знаю. Я его раньше никогда не видела.

— Скорее всего, это абитуриент из какой-нибудь глуши, где все девки страшные… Вот увидел у нас в столице симпатичную рабыню и сразу же её выкупил… Наверное, чтобы жениться.

— А что с ним? Почему он такой?.. Худющий, бледный, лысый…

— Дык кто ж его знает… Возможно, он чем-то болеет или приживил себе дешёвый элит?..